В БИБЛИОТЕКУ .....СОДЕРЖАНИЕ
<<<Назад .....Вперёд>>>

Владислав Выставной

Волшебный полигон Москва

Часть вторая

ИДИ В МЕТРО!

- 1 Как быстро человек привыкает ко всему необычному! Ужасы войны вскоре превращаются в повседневность, убийство становится привычкой, тюрьма - родным домом с милыми сердцу традициями и патриархальными устоями. Может быть, в этом и заключается спасительное свойство человеческой психики - ведь ни один зверь не выдержит таких стрессов и жизни в неволе после привычных просторов свободы! А человек живет. И к тому же, порой многое успевает совершить в своей жизни, несмотря на условия, с этой самой жизнью несовместимые…

Вот так и Волшебная Москва продолжала жить, будто ничего и не произошло в привычной москвичам реальности. Той, в которой теперь оказалась помимо собственной воли целая страна людей с разными взглядами на жизнь, интересами, привычками и социальным статусом. Работали фабрики и заводы, учреждения и фирмы, адвокатские конторы и больницы. Магические свойства Подлинной реальности сделали так, чтобы этот труд оказался рентабельным, а товары, прежде уходившие за пределы столицы, теперь исчезали в новые, ранее неизвестные миры. Впрочем, возмещаясь при этом все той же звонкой монетой или не менее звонким «безналом». При этом никого уже не удивляло то, что картинки на деньгах ожили - там шумели плотины, тихонько били в колокола церкви, возлагали к памятникам цветы дети. А почему бы и нет? Некоторые вообще считают, что деньги - это и есть жизнь. С этим и впрямь тяжело спорить, особенно, когда их, денег, не хватает на хлеб.

Жизнь изменилась, но осталась жизнью. Всего три дня - и люди ощутили свою принадлежность к настоящему миру - полному естественной магии, свойственного каждому человеку волшебства и повседневного чуда. С удивлением вспоминались времена, когда магия воспринималась как какое-то полуправдоподобное явление, нечто на грани фарса и обмана.

И москвичи легкомысленно забыли, что являются частью огромного человечества, которое на тысячелетия выброшено из подлинной реальности в свою узкую нишу, где должно было, по замыслу таинственных магов, развивать науки и искусство, чтобы компенсировать возникшую таким отчуждением ущербность. С чем и справлялось с переменным успехом.

Забыть все это было так легко просто! Ведь теперь москвичей волновали совсем другие проблемы, их заботили вещи совершенно иного свойства, чем тех, кто остался за границами Локализации.

Теперь в их огромной Волшебной Москве образовался свой обособленный мир. И, как это свойственно миру, он немедленно раскололся на полярные, противоположные по своим взглядам страны и области, государства и княжества, народы и народцы. Ну, и прочие группы по интересам. Прежние национальные, этнические и культурные противоречия уступили место новым. Но даже налет магии и колдовства не сделал эти противоречия мягче. Скорее, напротив.

Игра, которую затеяли Сильнейшие на планете Земля, должна была обострить грани, четко обозначить враждующие стороны. Это была очень интересная Игра - ведь вместо фишек в ней использовались живые люди.

Правда, маги немного просчитались в организации этого забавного развлечения. Они не учли, что человечество слишком изощрилось в собственных Играх, что алчность людей готова втянуть в себя все вокруг - включая магов с их архаическими Играми и правилами.

Впрочем, все, что происходило теперь в Волшебной Москве, должно было происходить именно так, как происходило. В этом суть Игры - заставить правду заявить о себе, распределить в этом мире подлинные роли людей и магов.

…Об этом обо всем знать не знал и ведать не ведал Толик, когда подходил к ближайшей станции метро. Потоки людей втекали и вытекали из подземного перехода, а на гранитных плитах средней старости бабулька продавала цветы и семечки.

Толика заинтересовали именно последние. Он выгреб из кармана немного мелочи и недоуменно уставился на нее. Нельзя было сказать, что он был большим знатоком в этом деле, но «пятирублевки» заметно потяжелели и отдавали теперь самым настоящим серебром. Более мелкая монета горела красной медью. Никаких никелевых сплавов!

- Бабуля, продай семечек! - попросил Толик, звякнув монетками.

- Да, пожалуйста, родненький! Сколько тебе?

- Да, стаканчик. Вот, прямо в карман сыпь, ага…

- На здоровье тебе! - пробормотала бабка, засыпая в карман Толиковой куртки стакан крупных блестящих семечек. - А вот цветочков для барышни не желаешь ли?

- Не, - усмехнулся Толик. - Не до барышни мне сейчас…

- А то смотри, - прищурилась бабка. - У меня-то цветочки не простые…

- Голландские или эквадорские?

- Тьфу! Скажешь тоже! Я говорю, не простые у меня цветочки, а хитрые!

- Как это, бабуля? - рассмеялся Толик, лузгая невероятно вкусные семечки.

- А так. Вот, скажем, даришь ты букетик барышне - а ты ей ой, как нравишься! Но она, дурочка, знай, ломается себе да стесняется, только время тянет! Но только она цветочков этих аромат вдохнет - и она твоя, что хошь с ней делай! А вот если барышня тебя не любит, а только за нос водит… Или на деньги лишь твои зарится, или еще чего замыслила - ну, такие-то встречаются не редко - тогда мои цветочки…

Бабуля поднесла к физиономии Толика букет, и оттуда донеслось многоголосое рычание: бутоны свернулись, налились соком, напряглись словно пружина и лязгнули мелкими острыми зубками!

- Тьфу ты, елки палки! - замахав руками, отскочил Толик. - Ну, ты, бабуля даешь! Так я всех телок перепугаю! Они ж все до единой чего-то, да замышляют, блин!

- Дурак, ты, парень! - отмахнулась старуха. - Молодой еще, не знаешь, где найдешь настоящее, а где - труху одну!

- Да ладно, - примирительно сказал Толик. - Спасибо! Я, как жениться надумаю, так сразу сюда, за цветочками…

- Это ты верно решил, - одобрила бабка. - Не забудь - метро «ВВЦ». Я тут всегда стою…

- Да запомню! А семечки - просто класс!

- Не увлекайся, внучок, - окосеешь…

Сплевывая шелуху, Толик с удовольствием огляделся. Как хорошо, когда карман у тебя полон семечек. Жизнь сразу становится хороша и осмысленна, и ты чувствуешь, что мир принадлежит тебе… Однако ж, ничего себе семечки…

В благостные раздумья Толика ворвался наглый стрекот двигателя спортивного мотоцикла.

И Толик мгновенно перестал чувствовать себя хозяином жизни.

Потому что к переходу на пижонском спортбайке подкатила девушка с такой роскошной фигурой, что Толик остолбенел. Он еще надеялся, что та проедет мимо.

Но нет! Если злой судьбе нужно было поиздеваться над ним, она, конечно же, не могла упустить такого великолепного случая.

Девушка сняла шлем и тряхнула волосами. Последние шансы Толика на спасительную иронию рассыпались в прах.

Девушка была восхитительно хороша.

Более того - это была девушка-мечта, из потаенных глубин подсознания, из детских снов и юношеских фантазий!

У него должна была быть именно такая - именно! Ее как будто создали по матрице с Толиковых фантазий! Но…

- Эй, красавчик! - позвала она, и Толик вздрогнул, не сразу поняв, что обращаются именно к нему. - Ты не знаешь, где тут ближайшая заправка? А, ну да… Извини…

В этом ее разочарованном «ну, да…» был приговор Толику и всем его мечтам.

У него никогда не будет такой девушки. Никогда.

Потому что он такой, какой он есть.

Бродяга.

Никто.

Девушка окинула Толика убийственно сочувствующим взглядом, после чего надела шлем.

И с ревом унеслась прочь, еще раз указав Толику его место в этой жизни. …Спускаясь в переход с изрядно подпорченным настроением, Толик, почувствовал, что изрядно захмелел.

«Однако, с семечками надо поосторожнее», - решил он и свернул в сторону дверей с надписями «Вход в метро».

Девушку-мечту он старательно пытался изгнать из памяти, заполнив ту более насущными вопросами.

В просторном помещении перед длинным рядом турникетов было малолюдно. Толик подошел к окошку, чтобы купить магнитную карточку.

Над окошком висел прейскурант с ценами на:

- «поездку туда-сюда»

- «поездку туда»

- «поездку в один конец»

- Э… - сказала Толик в окошко, в котором, казалось, невозможно кого бы то ни было разглядеть. - Видите ли, я не знаю, какой мне билет брать…

- Вы гном? - спросило окошко противным женским голосом.

- Э… Я Игрок…

- Вау, - сказало окошко, - Можно мне ваш автограф?

Толик отпрянул: из окошка вынырнула страшная зеленая лапа, которая оставила на маленьком карнизике собственную Толикову фотографию и ручку с символикой Московского метрополитена.

Толик коряво расписался на своей фотке и быстро засунул ее обратно.

- Ручку можете оставить себе, - кокетливо донеслось из окошка. - Вот ваш билет - в один конец…

- Спасибо, - отозвался Толик, принимая из зеленой руки огромный серый кусок картона.

На картонке с одной стороны была крупная надпись готическими буквами:

Московский метрополитен.

БИЛЕТ

В 1 (ОДИН) КОНЕЦ

Ниже, мелким курсивом многообещающая надпись:

«Оставь надежду, всяк, сюда входящий».

С другой стороны билет напоминал открытку. Только непонятно, к какому празднику: в серых облаках на ней парили какие-то монстры, на заднем плане стояла смутно знакомая леди с косой…

Толик сглотнул. И быстро сгрыз несколько семечек. Полегчало.

Деваться все равно было некуда. Кроме того, все это больше походило на аттракцион или розыгрыш, чем на реальную угрозу.

Толик подошел к турникету, на котором ярко горел красный индикатор.

Огромный билет в приемную щель никак не влезал. Толик собрался было облегченно вздохнуть и развернуться к выходу, как вдруг из турникета выехало нечто похожее на мясорубку. Толик машинально засунул билет в широкий раструб. Под глухое чавканье билет втянуло в турникет. Раздалось веселое жужжание, и в лицо Толику швырнуло пригоршню мелко нарезанной бумаги.

Загорелся зеленый индикатор. Отплевываясь толченым картоном, Толик прошел через турникет.

Тут он подумал, что так и не решил, на какую станцию ему следует отправиться. Кого искать, какие вопросы задавать. Подойдя к эскалатору, Толик взглянул на висящее над головой стеклянное табло. Вместо ожидаемых названий линии и станций он увидел лаконичную, как на надгробии, надпись:

«СЮДА»

С покорностью обреченного Толик ступил на ступни эскалатора. Что-то ему не нравилось в окружающей обстановке. То ли почти полное отсутствие людей (где-то внизу маячила чья-то спина), то ли отсутствие привычной рекламы на округлых стенах…

Наконец Толик понял, что ему не хватает самого обыкновенного грохота машин, двигающих «лестницу-чудесницу». Движение происходило в давящей тишине на фоне тихого поскрипывания ступенек и легкого ветерка от движения.

Вскоре Толика стало напрягать само это погружение в глубину подземелья: прошло пять минут, а конца-края спуска не предвиделось. Толик заволновался и принялся спускаться сам, надеясь, что человек впереди что-нибудь разъяснит ему.

Спина приближалась, и, наконец, Толик заглянул фигуре через плечо с заранее заготовленным вопросом. И замер с открытым ртом: это был прилично одетый манекен.

Так, в молчаливой компании с манекеном, он и добрался до самого низа.

У стеклянной будки, где положено было сидеть дежурной, стояло три низкорослых создания не очень приятного вида в добротных рабочих комбинезонах. Очевидно, это и были те самые гномы. Гномы мельком глянули на Толика и ловко подхватили манекен с последних движущихся ступенек.

- А зачем вам… это? - поинтересовался Толик.

- Посылка, - равнодушно ответил один из гномов. - Не комкать же дорогой костюм. А ну, пошел! Что болваном притворяешься?

Последние слова были адресованы манекену. Получив ботинком под зад, манекен вдруг отпрянул, сделал обиженный жест и вальяжной походкой направился вслед за гномами.

- Вот скотина, - в сердцах сказал Толик. - А я, как дурак, стоял и спросить у него ничего не мог!

- Да все они такие, - раскуривая сигарету, сказал один из гномов. - Особенно бабы. Ничего им нельзя доверить, ничего поручить нельзя. Эгоисты страшные. Манекены, одним словом…

- Скажите, пожалуйста, - решил обратиться к курящему Толик, - Вы, наверное, все тут знаете, Вот у меня билет в один конец. Это мне куда?

- Да, брат… - курящий мельком глянул на Толика и снова толкнул вперед зазевавшегося манекена. - Это тебе к нам. В стройотряд. За что это тебя?

- Да… Не за что, вроде. Игрок я…

- Игрок? Хм. Тогда странно. Нечего здесь Игроку делать. Здесь только поезда. Да каторга… Хотя…

Гном с сомнением взглянул на Толик и замолчал.

- Что - «хотя»?

- Да ничего, - отмахнулся гном. - Вон, видишь, перрон? На электрички не садись. Жди, пока подойдет «Золотая стрела». На ней и поедешь.

- Куда?

- У тебя что в билете сказано? Вот туда и поедешь. Извини, друг, нам некогда… Куда, куда ты, болван пластиковый!? А ну, за мной!

Толик сел на скамейку и стал терпеливо ждать.

Вскоре послышался характерный грохот, в глубине тоннеля засверкали огни, и на станцию вылетел голубой состав. Вроде бы пустой.

Двери с шипением раскрылись, и на перрон с шумом, гамом и множественным «бе-е-е!» повалили толпы овец. Они выбегали и выбегали, наполняя собой все пространство, а следом из створчатых дверей выскочило несколько разномастных, но весьма бодрых собак, которые ловко сбили овец в отару и погнали в сторону эскалатора. Следом промчался верхом на низкорослой лошадке некто в костюме, достойном монголо-татарского воина.

- Нормально, - ничуть не удивившись, сказал Толик. И продолжил ожидание.

Из интересных пассажиров встретились давешние люди в черных балахонах, которые, впрочем, не обратили на напрягшегося Толика никакого внимания, отряд в средневековых доспехах, вооруженный, помимо длинных мечей, автоматами «узи» и многочисленный симфонический оркестр со всем набором инструментов, включая орган, который с руганью и зверством в глазах все же запихали в узкие двери.

Последний поезд оказался с сюрпризом: из открывшихся дверей прямо в Толика хлынули потоки воды, в которой бились разъяренные крокодилы. Поезд тронулся, крокодилы разбежались, а в одном из булькающих вагонов в окне мелькнул огромный глаз кита-касатки.

Толик стоял на своей лавке, спасаясь от каких-то змей и возможного визита крокодилов, и выжимал промокшую насквозь куртку, когда из глубины тоннеля раздался свист, и к перрону не спеша подошел коптящий соляркой локомотив, тащивший за собой вереницу вагонов цвета золотой «металлик». В подтверждение этого факта на вагонах объемными буквами было выведено: «Золотая стрела».

Толик соскочил с лавки и, не обращая внимания на сдавленный «квак» под ногой, направился к двери ближайшего вагона.

Дверь провалилась вовнутрь, и показался заспанный проводник - тоже их гномов, судя по всему.

- Мне надо… - замялся Толик, но проводник понимающе кивнул и сделал рукой приглашающий жест.

- Понятно. Билет в один конец. Заходите. Купе номер три. Располагайтесь.

Толик вошел, озираясь по сторонам и пытаясь понять, зачем это в метро понадобились купе.

Вагон был, что называется, фирменный. Повсюду коврики да цветочки, золоченые ручки и дорогое темное дерево. На Толика, который привык к плацкартам, почтовым да грязным тамбурам такая роскошь действовала угнетающе. Он даже пропустил момент, когда поезд тихо тронулся и нырнул в черноту тоннеля.

- Белье сейчас поднесу, - сказал проводник. - Чай, если желаете - тоже. А вот вагон-ресторан закрыт. В метро у нас ночь уже.

- А сколько ехать? Ну… В один конец? - поинтересовался Толик.

- Ну, это кому как, - ответил проводник. - Не беспокойтесь, когда придет время выходить - я разбужу…

Толик нашел свое купе и зашел внутрь. Полки раздувались от наполнявшей их мягкости, стены и столик сверкали чистотой, занавески на окошке и вазочка с цветами благоухали уютом.

Толик сел на нижнюю полку и провалился в ее мягкие объятья. Он еще успел отодвинуть занавеску и убедиться, что за окном мелькают редкие лампы тоннеля, но вскоре забылся сладким сном. -2 Марина, злорадно хохоча, промчалась мимо свистящего изо всех сил, какого-то чумазого гаишника и нырнула под эстакаду МКАД. Куда им было догнать ее верного скакуна! Номер на сверкающей машине как бы невзначай был залеплен густой заскорузлой грязью. Гаишникам будет непросто по рации объяснить коллегам, какой именно спортбайк им следует остановить.

Пронесшись по широкой улице, ныряя в ниши между ползущими еле-еле машинами, Марина нашла нужную улицу и, резко накренившись, ушла вправо. Пройдя сквозными дворами, она вырулила в тихое пространство между жилыми домами. В центре спального района можно было не опасаться зазевавшихся ДПСников.

Тихонько напевая, Марина соскочила с мотоцикла, сняла шлем, наклонами головы размяла шею, огляделась по сторонам и, заметив рядом любознательного пацана лет пятнадцати, поманила того пальцем в перчатке. Паренек, нагло ухмыльнувшись, засунул руки в карманы и вразвалочку подошел ближе.

- Если что, - она указала на мотоцикл. - Убью! Понял, юноша?

- Ага. Понял, тетенька.

Паренек скалился во весь рот и явно готов был испытать на себе, как эта симпатичная «телка» будет его убивать. Но Марине было плевать на этого малолетку. Она вошла в знакомый подъезд и нажала кнопку лифта. И только теперь заметила табличку «лифт не работает».

Тем не менее, через несколько секунд створки лифта открылись. Пожав плечами, Марина шагнула внутрь и нажала кнопку двенадцатого этажа. Лифт, как и подобает подобному устройству, пополз вверх в сопровождении соответствующего скрипучего звукового сопровождения.

Марина вышла на двенадцатом и подошла к знакомой двери.

Хм. Знакомой, да не очень.

- С какого перепугу вы ее деревом обшили? Замок поменяли… И когда только успели? Нафига, спрашивается? Чтобы сапогами колотить приятнее было? - недоумевала Марина.

Звонок тоже издавал незнакомые звуки. А когда из-за двери донесся женский голос «кто там?», Марина напряглась.

- Мне Макса, - не очень добрым голосом произнесла она.

- А… Одну минутку…

«Что это значит? - мелькнуло у нее в голове. - Он что же, опять за свое? И трубку потому не берет? Типа, недоступен? Ну, ты мне за все ответишь…»

Раздалась череда звуков, будто с другой стороны отворяли не замок, а одну за другой отворяли массивные железные щеколды и отвинчивали запоры на водонепроницаемых перегородках субмарины..

В проеме показалась страшная небритая рожа. Пахнуло перегаром.

- Мне Макса, - с нескрываемым отвращением произнесла Марина. Она привыкла ко всяким собутыльникам бойфренда - все же, байкеры народ своеобразный - но этот тип был слишком фактурным даже для скотины Макса.

- Ну, я Макс, - сказал тип и рыгнул, - Извините. Чего вам?

- А… Я, наверное ошиблась…

Тип осклабился в любезной ухмылке. И подмигнул ей.

Третьим глазом!

Который, словно на антеннке выехал из грязной шевелюры на макушке.

Марина попятилась к лифту пытаясь безуспешно нашарить рукой кнопку - ее, наверное, сожгли хулиганы.

- А, так вы на лифте приехали? - сказал неизвестно откуда давешний женский голос, в такт которому закачался моргающий третий глаз. - Тогда все понятно. Лучше по лестнице, пешком спуститесь.

Марина немедленно последовав совету таинственного голоса, бросилась вниз.

- Понятно вам, блин! - бормотала она. - А что тут понятного для нормального человека? Бред какой-то…

Марина выскочила во двор и… не увидела мотоцикла.

- Когда же успели, гады?! - она сжала кулаки, не зная, что предпринять, но тут увидела: мотоцикл ее преспокойно стоял метрах в ста - через двор - как раз на том месте, где она его оставила.

Марина недоуменно оглянулась и поняла, что вышла совсем из другого подъезда П-образного дома.

- Ты, что, коза, перегрелась? - поинтересовалась она сама у себя и, постукивая шлемом по бедру, направилась к мотоциклу.

Пацан, сидя на корточках, курил и рассматривал мотоцикл с уважительного расстояния. Увидев Марину, он понимающе хмыкнул и сказал:

- Там лифт не работает.

- Сама знаю, - буркнула Марина и вошла вовнутрь.

На этот раз она решила подниматься по лестнице. И благополучно, хоть и тяжело дыша, добралась до знакомой двери. На этот раз она решила не звонить, а попросту открыть дверь собственным ключом, что когда-то сделала тайком от Макса. Непонятно, что ее толкнуло на этот поступок - такого внезапного вторжения в свою берлогу Макс мог и не понять. Видимо, лифт и третий глаз немного выбили Марину из нормального русла.

Марина вошла в знакомый коридор, огляделась. Похоже, Макса не было дома. По крайней мере, не было его любимой куртки с символикой клуба и ботинок из крокодиловой кожи. А ни в чем другом, кроме, разве что, трусов, Марина Макса и не видела никогда.

Зато в гостиной, в кресле, с удобством положив ноги на стол, сидел мрачный мужчина в форме инспектора ГАИ и странной черной полосой через физиономию. Ветер, играя шторами, врывался в раскрытое окно, гаишник же придерживал пытающийся взлететь со стола листок протокола.

Возглас возмущения застрял у Марины в горле.

- Нарушаем! - строго сказал гаишник и, не вставая, козырнул свободной рукой, - Инспектор Горемыкин. Что ж это, мы должны за вами по всему городу гоняться? Вы что, не слышали свистка? Может, у вас со зрением или слухом проблемы? Тогда и права вам ни к чему…

- Н… нет проблем, - пролепетала Марина. Она вдруг усомнилась, что этот человек - тот, за кого себя выдает. Слишком уж странна была эта встреча. В голову полезли самые зловещие подозрения. Она попятилась и нашарила позади себя телефон.

- Вот-вот, - кивнул гаишник, - Позвоните в милицию. Вы ведь, вроде, из-за черты города пожаловали?

Марина бессильно положила трубку. Но тут телефон зазвонил сам.

- Возьмите, - посоветовал гаишник.

Марина робко взяла трубку и приложила к уху.

- Марина Сергеевна, - строго сказали в трубке. - Это милиция. Сидите там тихонько, я сейчас приеду.

Раздались короткие гудки.

- Что сказал? - поинтересовался гаишник.

- Сейчас приедет…

- А, ну тогда повременим пока с протоколом… Кофе не желаете? С круассанами? Мне по должности полагается исполнять любые желания граждан, в рамках компетенции, разумеется. А компетенцию нам ох, как расширили…

Марина недоуменно посмотрела на этого Горемыкина. Что здесь происходит? Может, какая-то разводка? И сейчас подойдет соучастник или как его там - подельник?

Не успев еще додумать последнюю мысль, Марина бросилась к выходу, распахнула дверь в готовности биться в истерике и звать на помощь. …И со всего размаха влетела во что-то массивное и упругое.

Над ней возвышался огромный милиционер, внимательно изучающий ее добрыми и справедливыми глазами.

- Дядя Степа… - невольно вырвалось из слабых уст Марины.

- Ну, можно и так сказать, - согласился милиционер и вошел, аккуратно задвинув внутрь Марину и прикрыв за собою дверь. - А остальные, все же, зовут меня Волшебным милиционером, а за неимением времени на произношение полного имени - просто Волкопом. За что я не могу кого либо осудить. Так как закону это не противоречит.

Марина тихонько осела в кресло, что стояло в углу прихожей, и полными ужаса глазами уставилась на визитера.

- Вы хотите…

- Нет, - улыбнулся Волкоп. - Убивать, насиловать и грабить мы не хотим. Мы хотим разобраться в ситуации.

- И кофе попить, - донеслось из гостиной. - Идите сюда, остынет все… …Они сидели вокруг грубого деревянного стола, который Макс притащил из очередной поездки в какие-то дикие дебри. Стол был истыкан ножами, обожжен окурками и разрисован эскизами татуировок. На этом фоне странно смотрелся тонкий белый фарфор на ажурных кружевных салфетках и блюдо с аппетитными круассанами.

Все трое молча и чинно пили кофе, напоминая добрую пуританскую семью за завтраком.

- Как дела на периферии? - деликатно отхлебывая кофе, осведомился, наконец, Волкоп.

- Да, все так же, - вздохнул гаишник. - Кто только в Москву не лезет. И это не смотря на оцепление. Не поверите - только что в эфире появилось сообщение - в город въехал американский спецназ!

- Уже американский? - удивился Волкоп.

- Ага. На «хаммерах».

- Ну, и как они, живы еще, надеюсь?

- Да, вроде конфликтов пока не наблюдается…

- Надо будет прямо отсюда туда на проверку съездить, - задумчиво сказал Волкоп, - От американцев жди сюрпризов…

- Не говорите… Главное, чтобы друг друга не перестреляли…

- Это ладно. А если их тут кто-нибудь превратит в каких-нибудь монстров? А нам потом пришьют, что мы, мы мол, создаем образ врага и сеем конфронтацию? - предположил Волкоп.

- Вы так считаете? - задумался гаишник, - А кто пришьет?

- Ну, скажем, Госбезопасность. Она вообще меня беспокоит последнее время. Нарушает и нарушает закон!

- А это никак нельзя пресечь?

- Темная сторона силы у них сильна очень…

Горемыкин замер на секунду, осмысливая сказанное, и захохотал.

- Фу, а я подумал, вы серьезно.

- Конечно, шучу, - серьезно сказал Волкоп. - Доминатор, все же, - не Дарт Вейдер. Но что-то не менее отвратительное. И главное -противоправное, что меня, как представителя власти, особенно беспокоит…

- Куда только эти маги смотрят? - пробурчал гаишник.

- Они смотрят, - сказал Волкоп. - И делают выводы…

- И долго продлится это безумное чаепитие? - допив кофе и внезапно осмелев, поинтересовалась Марина.

- Почему - безумное? - удивился Волкоп.

- Вы себя вообще со стороны слышали? Вы же какой-то бред несете! Вы что - наркоманы?

- Девушка, - возмутился гаишник, - вы нас обидеть хотите?

- Тогда прекратите разыгрывать из себя идиотов и объясните, что за безумие тут творится! - потребовала Марина.

- Дама, видимо, совсем не знает про Игру, - сказал Волкоп.

- Да откуда, она только пост проскочила! И видеть толком в городе ничего не видела, - разозлившись, сказал Горемыкин. - Еле поймал ее, крылья все сбил, даже на троллейбусные провода налетел! Хорошо, что я не просто человек. А то собирали бы меня в совок из-за некоторых лихачек с замазанными номерами…

- А, ну это меняет дело, - согласился Волкоп.

- Что это меняет? - ядовито поинтересовалась Марина. - Мы будем по-человечески разговаривать или дальше в чужой квартире кофе с ватрушками распивать?!

- Ну, раз вы больше ничего не желаете - закончим, - согласился Горемыкин и взмахнул жезлом.

Белый фарфор вместе с остатками круассанов и даже крошками исчез со стола.

- А… - всплеснув руками, только и сказала Марина.

- Да, - согласился Волкоп. - Меня это тоже не перестает удивлять. А теперь скажите, пожалуйста, с какими целями вы в Москве? И именно сейчас?

- В смысле - именно сейчас?

- Ну, как вам сказать. Нормальные люди сюда теперь так просто не попадают. Зачем вы прорывались сквозь оцепление? Не останавливались по требованию инспектора ДПС?

- Ну, мне очень нужно было попасть сюда… Как можно быстрее. Тут мой парень живет… Макс Покровский… Он на звонки не отвечает…

- Тэк… - сказал Волкоп, и перед ним возник воздушный экранчик. - Не правду вы нам говорите. Нету на этой жилпрлощади никакого Покровского и никогда не было…

- Но… Это же мой парень… Я же была тут неделю назад…

- Марина Сергеевна, - укоризненно сказал Волкоп. - В этой квартире уже год никто не живет. Она выставлена на продажу… Поэтому вы или обманываете нас, или…

- Она - Игрок! - воскликнул гаишник.

- Странно… - нахмурился Волкоп, вглядываясь в строчки, бегущие по воздушному экрану, - Ага! Есть! Точно, появились данные. Интересно, однако, Игроки к нам попадают. Какие-то выдуманные парни… Ложная память. Погони, понимаешь… Впрочем, это не наше дело.

Волкоп встал из-за стола и мягко пожал Марине руку.

- Поздравляю вас! Вы объявляетесь Игроком номер три! -3 Дэн бесцельно брел по городу, пытаясь привести в порядок разбредшиеся мысли.

Надо было составить план действий, но в голову совершенно ничего приходило. «Найти Магистра», - тупо повторял себе Дэн. Но эта формула не несла никакого конкретного содержания. Как и где его искать - было непонятно.

Дэн уже понимал, что Игра, в которой он по воле случая или каких-то неведомых сил, оказался Игроком, идет всерьез. И потому был уверен, что если он сам не найдет решение, то каким-то образом он найдет подсказку.

Это было странное чувство. Всю жизнь Дэн полагался только на опыт, профессиональное чутье и отчасти на интуицию. Но это ощущение граничило скорее с верой - иррациональным знанием того, что случайностей в этом мире нет…

Дэн добрел до Площади трех вокзалов. Площадь была почти пустынна: никто не спешил на отходящий поезд, никто никого не встречал, никто не тащил с вокзала тяжелые чемоданы. Зато возле тротуара стоял большой экскурсионный автобус, а унылый голос через мегафон гнусаво вещал:

- Уважаемые москвичи и гости столицы! Вас ждет увлекательная экскурсия по Москве на комфортабельном автобусе, с посещением достопримечательностей города и исторических мест…

Дэн подошел поближе и увидел гида. Тот был одет в огромный костюм, отдаленно напоминающий Олимпийского Мишку. Подойдя поближе, Дэн понял, что это и не костюм вовсе - это был именно настоящий, живой, но какой-то карикатурный медведь, шерсть которого изрядно отдавала синтетикой. Дэн не успел и рта открыть, как медведь опустил мегафон и укоризненно сказал Дэну:

- Ну, сколько вас можно ждать, Денис Михайлович? Садитесь в автобус, экскурсия начинается…

Дэн ничего не успел спросить, а странный «аниматор» уже напяливал на него какой-то рюкзак.

- Что это? - недоуменно спросил Дэн.

- Парашют. Только не задавайте глупых вопросов, заходите в автобус…

Напустив на лицо маску равнодушия, Дэн так и поступил. Он не удивился бы если бы автобус ждал его одного. Однако тот был почти полон. И сидели в нем сплошь здоровенные парни в форме американской морской пехоты. Только почему-то они походили не столько на солдат, сколько на инфантильных туристов: у всех были огромные фотоаппараты и видеокамеры, многие пили пиво и жевали пирожки, некоторые потребляли сладкую вату, намотанную на тонкие длинные палочки.

Но главное - лица. У всех этих громил в выражении лиц полностью отсутствовал интеллект. Во всяком случае - свойственная бойцам острота взгляда и жесткость черт. Все они весело болтали, ржали, тыкали пальцами в окна, надували гигантские жвачечные пузыри.

И у всех были в руках или между колен автоматы. Модернизированные М-16. Только игрушечные.

- Привет, - тихонько сказал Дэн и осторожно сел на единственное свободное место рядом со здоровенным негром. Упс! Афроамериканцем. Парашют создавал определенные неудобства, но раз сказали «надо»…

Отвесив здоровенную нижнюю губу, темнокожий уставился на Дэна.

- Меня зовут Форест, Форест Гамп, - пошутил Дэн.

Но его сосед не оценил шутки, и продолжал недоуменно смотреть на Дэна. И тут Дэн понял, что на нем до сих пор российская армейская форма.

- Руссо туристо, - сказал Дэн, тыча себя в грудь большим пальцем. - Облико морале!

И кивнул в сторону мохнатого гида, который, закрыв за собой дверь, проверяющее дул в микрофон.

- Всем привет, сказал Мишка. - Мы рады приветствовать вас на борту нашего экскурсионного автобуса.

Американцы дружно заулюлюкали и зааплодировали. Дэн тоже сдержанно похлопал.

Автобус взревел и пассажиров вдавило в сиденья.

«Однако!» - подумал Дэн.

- Итак, с высоты птичьего полета мы осмотрим всю территорию Москвы в границах Локализации. Водитель нашего автобуса - Борислав Ярославович - приветствует вас на борту и желает интересных впечатлений. Надеюсь, экскурсия вам понравится…

Двигатель набрал обороты, и когда рев перешел в вой, автобус, коротко разбежавшись по неровному асфальту, задрал нос и со свистом реактивного самолета оторвался от земли. Набрав некоторую высоту, он накренился и в широких окнах показались крыши домов…

- В данный момент мы пролетаем над Землями Садового кольца. В настоящий момент это самые цивилизованные и, пожалуй наиболее благоустроенные территории. Обратите внимание на эту серую полуразрушенную башню. Под нами столица княжества Госбезопасность. Интересно, что данное княжество не имеет собственной территории, как таковой. Его руководство считает, что юрисдикция княжества распространяется на все земли, где появляются агенты Госбезопасности. С этим трудно спорить, хотя бы потому, что весьма опасно… Агенты довольно сильны владением элементами черной магией. Господа иностранцы, просьба здесь не фотографировать. Во избежание…

Автобус заложил вираж, и все одновременно повернулись в противоположную сторону.

- Сейчас мы обогнем здание Министерства иностранных дел. Удивительно, но с самого начала Игры никто не наблюдал в этом здании признаков жизни. Ни один человек, вошедший туда, так до сих пор и не вышел. Есть предположение, что выйти из него можно только в одном из посольств или консульств нашей страны в Центральной Америке или еще где подальше. Обратите внимание, как здание нависает над площадью - весьма напоминает увеличенную Пизанскую башню, не правда ли? Здесь, кстати, фотографировать можно…

«Туристы» послушно принялись фотографировать открывающийся из окна вид. Одного из парней шумно вырвало в бумажный пакетик. Товарищи добродушно хлопали его по плечу, гоготали и протягивали бутылки с «Кока-колой». -…Вон там вы можете видеть Пушкинскую площадь. Однако не ищите памятник поэту на постаменте. Обычно он сидит рядом на скамейке и что-то сочиняет. Или раздает автографы. Иногда, в приступах тоски или алкогольного опьянения, он стреляет из дуэльного пистолета по голубям… При этом иногда он назначает из числа птиц секундантов и производит дуэли по всем правилам.

- Но за что он с ними стреляется? - на ломаном русском спросил очкарик-американец.

- Как за что?! - удивился гид. - Эти птицы уже сто лет наносили поэту оскорбления действием! Вам приятно, когда вам изо дня в день гадят на голову?!

Все одобрительно закивали.

- А под нами - Красная площадь, - сказал гид, махнув лапой в сторону окна.

Экскурсанты припали к окнам, расплющивая по стеклу щеки и носы.

- Самое историческое и самое мистическое место Москвы. В настоящее время находится под пристальным вниманием Госбезопасности. Что они там ищут непонятно. Возможно, тело Ленина, которое пропало из Мавзолея в самом начале Игры…

- Как пропало? - вырвалось у Дэна.

- Не кто не знает, - пожал мохнатыми плечами экскурсовод. - Но, говорят, его видят то там, то тут. Он ходит по городу и просит прощения.

- У кого?!

- У всех, кого встретит. Во всяком, случае, так рассказывают… Может, вы обратили внимание, что на прежнем месте не видно Кремля…

- Что?! - воскликнул Дэн и бросился к противоположной стороне автобуса, откуда должен был быть виден Кремль. - Как это? Где он?!

- Успокойтесь! - улыбнулся Гид. - Самая знаменитая в мире крепость на месте. Только теперь она перевернута вверх ногами - видите холм на поверхности? Только сейчас появилась уникальная возможность обследовать таинственные кремлевские подземелья. К сожалению, Госбезопасность тщательно охраняет этот район от любопытных. Однако среди нас есть человек, которому выпал счастливый билет побывать в самом сердце Москвы! Дэн, прошу вас! Перед вами - Игрок номер два!

Раздались аплодисменты и одобрительный свист. Дэну пришлось встать и подойти к экскурсоводу. Немедленно зашипела и распахнулась дверь. В нее ворвался тихий ветерок: автобус, слегка покачиваясь, завис неподвижно. Мимо проплывало небольшое облако.ожалению, Госбезопасность тщательно охраняет этот район от любопытных. лья Креемль,ного автобуса.е фотоаппараты и видеокамеры,

- И что дальше? - обреченно спросил Дэн.

- Прыгайте, - улыбнулся медведь. Это было странно, но он именно улыбнулся. - Или вы хотите, как эти - до конца Игры по экскурсиям ездить? Пить водку, блины с икрой есть? А если Игра никогда не кончится? И Вы не выполните своего задания?..

Дэн посмотрел на американцев. Что говорить - повезло штатовскому спецназу…

- Ну, ладно, нам пора, - нетерпеливо прорычал Мишка, - А то еще агенты что-нибудь заподозрят, да собьют нас к едрене фене! Удачи, Игрок!

И мягко пнул Дэна лапой, отчего тот кубарем вылетел в голубую бездну.

- Кольцо не забудь! - затихая, донеслось сверху.

Хватая ртом воздух, Дэн лихорадочно искал кольцо. Десантный опыт помог, и Дэн, наконец, дернул за него.

Парашют раскрылся штатно, как ему и положено. Где-то в вышине пару раз просипел стартер, взревел дизель, и автобус унес американский спецназ на встречу с новыми впечатлениями.

Дэна же интересовала посадка. Ветерком его сносило к Москве-реке, однако мокнуть никак не хотелось. Дэн поднял голову и с удовлетворением отметил, что летит не на «куполе», а ярком спортивном параплане. Поэтому ему не составило труда совершить мягкую посадку в центре Красной площади.

- Ну, прям, Матиас Руст какой-то… - пробормотал Дэн, отстегивая парашют. Яркий трепещущий парус отнесло еще на несколько метров и он плавно опустился на серые камни. Уселся на булыжник и Дэн.

Пейзаж вокруг был странный, незнакомый. Вместо Кремля высился высокий бесформенный холм, от которого за версту несло сырой землей. Собор Василия Блаженного тоже выглядел странно. Только Дэн пока еще не понял - чем именно.

Зачем его сбросили здесь? Несомненно, это подстроено той самой Госбезопасностью, а этот Олимпийский Мишка, гид, - тоже, видимо их агент. Надо было действовать, но действовать не хотелось. Хотелось сидеть на разогретых солнцем камнях в ленивой полудреме и ни о чем не думать.

Однако посидеть в задумчивости не получилось: мостовая под задницей мелко завибрировала, словно сейчас из-за здания Исторического музея должны показаться выстроенные для парада колонны бронетехники. Дэн нервно огляделся по сторонам. Никого поблизости не было.

Булыжники под ногами задергались сильнее, Дэн вскочил. Ему показалось, что по мощеной площади пробежала волна. Он побежал в ту сторону, где ему чудилось движение. Он нагнал движущееся скачками облачко пыли и увидел. …Помните детскую игрушку-головоломку, которая состояла из коробочки с плоскими пронумерованными квадратиками? Одного квадратика не хватало, и потому остальные можно было сдвигать - ровно на один квадратик, пока цифры не лягут по порядку или из квадратиков не сложится некая забавная картинка.

Вот именно так и двигались камни. Они гулко щелкали друг об друга, взметая тонкую пыль, и прямоугольное отверстие хаотически двигалось по широкому пространству Красной площади.

- Здорово, правда? - спросил со спины негромкий голос. - Очень интересное явление, которое вас в первую очередь и касается.

Дэн обернулся и увидел человека в знакомом черном балахоне.

- А, это вы, агент? - кивнул Дэн. - Зачем я здесь?

- Я не агент, - ответила фигура. - Я глава княжества Госбезопасность. Я Доминатор.

И тот небрежно коснулся висевшего на груди медальона, отдаленно напоминающего Орден Победы.

- Скромно и внушительно, - одобрительно кивнул Дэн.

- Да, - согласилась фигура. - Я пригласил вас сюда, чтобы наша беседа не выглядела допросом или давлением на вас. Вы уже являетесь нашим сотрудником…

- Формально!

- В Волшебной Москве нет просто формальностей. Здесь любое слово и любой рукописный текст носит вполне конкретный и реально ощутимый смысл. Любая подпись равносильна закону. Закону в подлинном, а не формальном смысле.

- Я даже не прочитал текст договора… - запротестовал Дэн.

- Это, действительно, непростительная оплошность для специалиста вашего уровня подготовки. Спишем это на стресс. Ничего удивительного. Подлинная реальность так не похожа на человеческую…

Фигура незаметно подхватила Дэна под локоть и повлекла вперед, так что они мигом превратились в мирно прогуливающихся друзей, ведущих перипатетическую беседу. Лица говорившего по-прежнему не было видно. Но его рука отдавала в плече ледяным холодом.

- Так случилось, что вы Игрок и обладаете определенными возможностями в этой магической реальности, которая проявилась здесь благодаря Игре. Не скрою, Игра навязана нам силами, мощь которых трудно оценить даже нам.

- Даже нам, - хохотнул Дэн.

- Да, - кивнул капюшон. - Даже нам, возможности которых вы даже не представляете, хоть и работаете в смежной структуре. Ведь неспроста самой сильной магией среди прежних обитателей Москвы наделены именно мы.

- Черной магией, - констатировал Дэн.

- Конечно. Для нужд нашей организации иных видов колдовства недостаточно. Я вряд ли вас удивлю, если скажу, что мы знали об Игре задолго до ее начала. Мы тщательно готовились к ней…

- Нет, пожалуй, вы меня удивили, - ответил Дэн, наблюдая, как перед ними снова с характерным постукиванием пробежала дыра в каменной мостовой.

- И, все же, это так. О, вы не представляете, что таят в себе архивы в Старой Башне на Лубянской площади… Городскому Архивариусу, хоть тот и волшебный, даже в кошмарном сне не привидится его содержание… А сейчас, когда Кремль столь чудесным образом обнажил свои кладовые… М-м-м… Впрочем, это не относится к нашему разговору.

- Так вот, - продолжал Доминатор. - Нам, то есть Госбезопасности, издавна претила мысль - тогда еще чисто теоретическая, - что жизнью людей заправляет некая группка лиц с возможностями, многократно превосходящими наши. Вы понимаете, что Госбезопасность не могло не волновать вмешательство во внутренние дела суверенной страны?

- Еще бы…

- И когда началось эта самая Игра - Игра с нами, будто с подопытными мышами, будто с сявками какими-то, каким-то «шестерками»…

Доминатор вдруг замолк и остановился.

Дэн с удивлением увидел, как главу Госбезопасности трясет от негодования. Тот суетливо отвернулся, выставил в сторону руки в широких рукавах. Между костлявыми ладонями проскочил мощный электрический заряд. Запахло озоном и почему-то сероводородом. С неба на мостовую грохнулось несколько обугленных тушек голубей и ворон.

- Извиняюсь, - желчно прохрипел Доминатор. - Издержки Игры - не могу контролировать эмоции, особенно ненависть. Вот как спецслужбам работать в таких условиях?..

Он сплюнул на камни, отчего на них что-то мерзко зашипело и отвратительно завоняло. Доминатор откашлялся и продолжил:

- Исходя из всего этого, мы решили: хватит людям ходить в неведении, жить в искусственной реальности, быть рабочим скотом у черт знает кого. Мы должны полностью овладеть тем, что нам положено природой - магией и Подлинной реальностью…

- Я так понимаю, - осторожно сказал Дэн, - вы все же говорите не о людях вообще, а именно о Госбезопасности, как представителе всего несчастного человечества?

- Мы считаем, что в случае успеха задуманного, за нами должны остаться некоторые преимущества, - недобрым голосом сказал Доминатор. - А как же иначе? Только мы сможем помочь человечеству не сойти с ума от такой смены реальностей…

- Вы хотите взять процесс под контроль, - кивнул Дэн.

- Правильно…

- Тотальный контроль… - тихо уточнил Дэн.

Доминатор остановился.

- Вы все прекрасно понимаете, Игрок. С вами приятно иметь дело.

- Ладно, - сказал Дэн, который решил не играть героя, а действовать согласно принципам разведчика, - скажем, я не очень верю в возможность тотального контроля и безграничной власти. Вопрос в другом - как победить этих магов?

- Правильно ставите вопросы, молодой человек. - Доминатор сдержанно потер ладони, - Наши специалисты работают над этим. И уже известны конкретные пути достижения наших целей. Во-первых, действовать нам надо через Игроков. Вы и есть ключ к магам. Во-вторых, нам нужен сам Магистр правил. Вы понимаете меня?

- Смутно.

- Устанавливая нужные нам правила, Магистр поможет нам овладеть этой реальностью!

- Ах, вот как…

- И, как минимум, продлить на неопределенный срок саму Игру…

- Но ведь если столица так долго будет изолирована, за пределами Москвы может такое начаться…

- Да, опасность есть. Но ведь наша цель - распространить Подлинную реальность на весь мир! И вообще, какое вам сейчас дело до остального Земного шара? Ваша судьба решается здесь…

- А если Магистр откажется…

Доминатор тихо рассмеялся. Дэн понял, что задал глупый вопрос. В Госбезопасности никогда никто ни от чего не отказывался.

- Предупрежу ваш резонный вопрос: что будет с вами, если вы нарушите контракт и исходящие из него приказы вашего нового руководства? Все очень просто: вы не сможете не выполнить приказ. В Контракте есть пункт об ответственности - страшной физической боли, которую вы будете испытывать каждый раз, когда попытаетесь отойти от выполнения приказа. Поэтому никакой слежки за вами не будет.

- Прекрасно, - только и нашелся, что ответить Дэн. Он подозревал о какой-нибудь подобной каверзе этих мерзавцев. Но надо будет проверить…

- Обязательно проверьте сразу, - кивнул Доминатор, - Чтобы не совершать глупости в более серьезной обстановке. А теперь приступим к конкретике.

Они уже почти подошли к Собору Василия Блаженного. Доминатор хлопнул в ладоши, и Дэн с изумлением увидел, как собор разделила посередине темна полоса. Полоса ширилсь, и Дэн понял, что ему казалось странным в знакомом сооружении: оно оказалось огромной плоской декорацией, за которой теперь появлялось здоровенное белое полотнище.

«Этого следовало ожидать, - подумал Дэн. - Из Красной площади все равно давно уже сделали декорацию для шоу. Почему бы не пойти еще дальше? Так будет гораздо удобнее и технологичнее. Надо еще бассейн для водных зрелищ устроить - камни все равно двигаются. Сборы возрастут многократно…»

Подбежало неизвестно откуда несколько агентов, которые принесли плетеные кресла.

Доминатор сделал жест, и оба сели, уставившись в огромный белый экран. Только сейчас Дэн обратил внимание на то, что заметно стемнело. У него давно появилось чувство, что время здесь изменило нормальную логику своего течения и теперь ускоряется или замедляется в зависимости от обстоятельств и соответственно моменту. К примеру, темнеет, когда Доминатору хочется включить проектор…

- Итак, ваше первое задание… - сказал Доминатор. - Кстати, вы в курсе, что Магистр, до сих так и не объявил правила? Это, как нельзя, кстати, и нам ох как на руку! Видимо, ему тоже не нравится роль игрального кубика в чьих-то умелых руках. Но мы должны быть умнее и жестче в этой Игре, чем сам Магистр правил… Которого, все равно, - найдут и накажут…

- Но ведь Цель игры он объявил?

- Это верно. Только поэтому Игра не может быть прекращена. И идет сейчас безо всяких правил. Правила позволяют контролировать действия всех сил в зоне Локализации. И направляет тех или иных Игроков к скорейшей победе. А сейчас Магистр может долго водить за нос Арбитра и магов. Они ведь не отступятся от издревле заведенного порядка. Великий Дух им, видите ли, не позволит. А нас, людей… хм… бывших людей это смущать никак не может. Это обстоятельство мы и должны использовать.

На экране тем временем вспыхнуло изображение, в котором без труда угадывалась Красная площадь, показанная сверху. Картинка приблизилась, и стали видны те самые «бегающие» булыжники.

- Вот, мы возвращаемся к тому, с чего начали разговор, - устраиваясь поудобнее, сказал Доминатор, - Что мы здесь с вами видим, Игрок?

- Очень шустрые булыжники, - пожал плечами Дэн. - Интересное явление. Но не удивительнее всего остального, что происходит сейчас в городе.

- Ой, не скажите! Не забывайте, что здесь находится центр Волшебной Москвы. Ее сердце, как это ни пошло звучит. И не может здесь быть случайных явлений. Ну, о чем вам говорит это «явление»?

Дэн вспомнил головоломку.

- Ну, не знаю. Мне кажется. Что одного камня здесь не хватает…

- Да! - вскричал Доминатор, всплеснув руками, и между пальцами у него пробежали синеватые огоньки, - Именно! Не хватает камня! Кто-то вынул камень из мостовой Красной площади!

- И что? Эта блуждающая дырка мешает проводить парады?

- Зря иронизируете, Игрок. Дело не в дырке. И даже не в самом камне, хотя он является ключом к этому. Дело в том, что, что как в той самой головоломке, которую, вы наверняка вспомнили, сейчас нарушена картина реальности, которую несли на себе эти камни!

- Не понял… То есть на Красной площади была нарисовано какое-то изображение?

- Да. Имеющее определенную магическую нагрузку… Если хотите - ключ к пониманию Подлинной реальности. А это - власть и сила! Конечно, в руках тех, кто способен это понять…

- Что-то я никаких рисунков на этих камнях не видел.

- Еще бы, - хохотнул Доминатор. - Никто не видел этого изображения. Потому что нарисовано оно с обратной стороны!

- Да? Как интересно. - Дэн развалился в кресле, задумчиво наблюдая за движущимися камнями на огромном экране. - Ничего, если я закурю?

- Пожалуйста, чувствуйте себя, как дома.

- Но не забывайте, что в тюрьме… Это я так, простите.

- Ничего. Об этом тоже стоит помнить, Игрок.

- Так вы хотите собрать эту невидимую картину воедино? И для этого вам нужен я?

- Именно. Мы полагаем, что это поможет нам в наших целях.

- Но зачем?..

- Можете делать собственны выводы, Дэн. Я вам больше ничего не скажу. Кроме того, что помимо правильно собранной картины от вас потребуется найти и Краеугольный камень.

- То есть…

- То есть украденный булыжник с мостовой Красной площади.

- Ничего себе задача… Но как…

- Это твое задание, - голос Доминатора стал жесток, - Которое я поручаю тебе согласно контракту. И вот тебе подсказка: в Преамбуле к Правилам, которых до сих пор нет, Магистр говорит о каких-то «частях целого». Может, эти камни он и имеет в виду?

- Но… С чего мне начать? Как я смогу увидеть картину, которая видна только снизу? Из-под земли, что ли?

- Ты разве не в курсе того, что сказал Магистр? Об этом знают уже все в городе, кроме тебя, Игрок номер два! Иди в метро!

- Доминатор, мне кажется, этот Игрок ненадежен.

- Зато подготовлен, усерден и умен. На первом этапе этого достаточно. Пока нам нужно всего лишь добраться до Игрока номер один.

- Боюсь, он не будет на нашей стороне до конца, о Доминатор… Надо использовать других Игроков. Они вот-вот появятся…

- Правильно, Советник, правильно. Но есть еще Игрок номер три…

- Но это всего лишь девушка!

- Вот именно, Советник, вот именно… -4 Толик проснулся от того, что почувствовал рядом чужое присутствие. Бродячая жизнь сделала его сон чутким и приучила быстро просыпаться и моментально мобилизовывать силы для отражения опасности. Поэтому, не успев еще разлепить глаза, он шарахнулся в угол своей полки, ближе к окну и выкинул вперед руку с раскрытым перочинным ножиком.

- А-а! Не подходи! Порежу! Я больной, за себя не ручаюсь!

Проорав это, Толик начал постепенно просыпаться.

- Ого! - сказал мужской голос.

- Серьезный малый, - хихикнул другой.

- Молоток! Наш парень, - одобрительно донеслось сверху. … Теперь Толик сидел за одним столом с двумя тощими небритыми гномами в кепках а ля Владимир Ильич и невероятно толстым мужиком в красной каске. Почему он не снял каску даже в купе, оставалось неясным.

Новые соседи оказались на редкость шумными и крикливыми. Они постоянно говорили на повышенных тонах, и разговор этот то и дело переходил в громкую ругань. Впрочем, у Толика сложилось впечатление, подобная манера общения и эти свары - не всерьез. Будто его соседям по купе правятся такого рода инсценировки и от этого они получают какое-то противоестественное удовольствие.

- Проводник, чаю! - кричал один из гномов.

- Проводник, пива! - верещал другой.

- Проводник, есть хотим! - рычал мужик в каске.

Дверь отъехала в сторону и появился проводник. Он окинул кампанию равнодушным взглядом и спросил:

- Сколько чаю, какого пива и чего поесть желаете?

- Пять кружек чая!

- Бочонок «Козла»!

- Жареного поросенка и десяток тушеных куропаток!

- Оплатите наличными или записать на ваши счета?

- Конечно наличными! Мы же приличные люди!

- И гномы!

- Минутку. Сейчас сделаем…

Толику оставалось наблюдать, как, не обращая на него внимания, компания начала чудовищный железнодорожный пир. Снова распахнулась дверь, и появился гном в высоком поварском колпаке. Он поставил на стол блюдо с весьма упитанным при жизни жареным поросенком, обложенным мелкими птичьими тушками. На том же столе немедленно образовалась опасная гора из железного пивного бочонка и пирамиды дымящих чашек с чаем. Поезд изрядно пошатывало, и Толик начал опасаться, что эти компания ошпарит его кипятком, обольет пивом и измажет поросячьим жиром.

- А вино у нас свое! - захихикал первый гном и извлек из-под стола здоровенную плетеную бутыль. После чего принялся доливать его в чашки с чаем.

- Эй, малый, - гном бесцеремонно пихнул Толика локтем, - давай, пей чай!

- Не стесняйся, - набитым ртом сказал толстяк. - Здесь все свои.

- Чай с вином? - усомнился Толик. - Это что-то новенькое.

Компашка дружно заржала.

- Он не знает!

- Он новенький!

- Это хорошо! Новые ощущения всегда приятны! Помню, как я впервые попил в метро такого чаю!

Все трое заржали.

Мужик в каске вынул изо рта птичью косточку и сказал:

- Ты попробуй! Это фирменный чай. Такой только в московском метро подают и только в этом поезде…

Толик отхлебнул немного чая. Чай был, как чай, только с винным привкусом. В принципе, неплохо… Отхлебнул еще.

Странное ощущение. Будто голова начала раздуваться до невероятных размеров, сливаясь со стенами маленького купе.

А следом изменилось и окружение. Вместо грязных гномов и толстяка в каске перед ним оказались три респектабельных джентльмена в смокингах при бабочках. Толстяк избавился от излишков жира и приобрел узкие очки в тонкой золотой оправе. Вместо груды жареного мяса, пива и чая на столе остались только четыре высоких бокала на тонких ножках. Судя по бегущей к поверхности ниточке крошечных пузырьков в них было шампанское.

Да что там! Преобразилась вся обстановка! Теперь это было не просто фирменное купе. Теперь это было роскошно отделанное бархатом и золотом помещение лучших апартаментов Восточного экспресса!

Мягко горел изящный светильник, стоя на зеленом сукне перед окном, за которым, отражаясь в больших зеркалах, по-прежнему изредка мелькали лампы черного тоннеля.

- Ну-с, господа, начнем, - сказал джентльмен в очках. - Молодой человек, подсаживайтесь. Как еще могут скоротать время в долгой дороге благородные мужчины? Карты, только карты, господа!

- Правильно, - кивнул другой джентльмен, распечатывая колоду. - Никаких кроссвордов, «тетрисов» и кубиков-рубиков.

- И - не дай бог - детективов! - добавил третий.

- Тьфу, гадость, - согласился джентльмен в очках. - Итак, начнем партию…

- Партию во что? - безвольно спросил Толик, пододвигаясь к столу.

- В благороднейшую из железнодорожных игр. В «секу».

- Э… - Толик почувствовал легкий холодок. - Так мне и играть-то не на что. У меня всего рублей сто есть…

- Ничего. Вначале - «на интерес».

- «На интерес» можно, - согласился Толик, смутно пытаясь представить себе как «на интерес» можно играть в «секу». …Прошло некоторое время, и Толик с удивлением обнаружил перед собой горку мятых бумажек.

- Проводник! Еще шампанского! - воскликнул один из игроков.

Дверь тихо отъехала и появился проводник. Теперь, в своих красных жилетке и плоской шапочке, он больше походил на коридорного из дорогого отеля. Он вкатил к купе тележку, на которой в ведерке покоилась бутылка какого-то иностранного шампанского и блюдо с изысканно нарезанными фруктами. Глухо выстрелила пробка, и опустошенные бокалы наполнились вновь.

- За удачу! - провозгласил джентльмен в очках, и все чокнулись. Толику почему-то показалось, что в бокале с шампанским звякнула ложка. Но игра не позволяла отвлекаться на такие пустяки. …Толик удрученно смотрел в карты. Это был полнейший проигрыш. Он уже давно играл в долг, и теперь близилась расплата…

- Ну, что ж, - вздохнул его партнер в очках и бросил карты на стол. - Удача приходит и уходит. Я полагаю, на этом следует завершить игру и провести подобающие взаиморасчеты…

Двое других выжидающе уставились на Толика.

- Я… - Толик сглотнул. - Я же говорил, что у меня ничего больше нет…

- Ай-яй-яй! - укоризненно сказал один из игроков, что сидел по левую руку. - Не отдавать карточный долг - это величайший грех!

И выставил под нос Толику кулак. Раздался щелчок - из кулака выскочило узкое сверкающее лезвие.

И тут краски с окружающего мира осыпались. Толик сидел в обыкновенном купе. Напротив хищно скалился жирдяй в красной каске, ухмылялся небритый гном. А второй гном, зло прищурившись, щекотал лезвием Толиково горло.

- Так что, будем долг отдавать? - спросил гном, и Толик начал ощущать на собственной шее холод и остроту лезвия.

- А что, - задумчиво сказал толстяк. - Может, у него и вправду нет ничего… Кроме внутренних органов!

- А какой курс нынче?

- В подземке сейчас «рулят» почки - самый высокий курс. И печень - пьют здесь много, на печень спрос высокий. Впрочем, и сердце можно удачно продать - но за это я не могу поручиться на все сто…

Толик ощутил, что конечности его затряслись от нахлынувшего ужаса. «Ведь с детства знал - нельзя в поезде ни с кем в карты играть! Ведь знал! Никогда не играл! Никогда, сколько не предлагали, как ни заманивали! И вот - на тебе! Так «лохонулся»! Это все чай, наверное…»

- Стойте, стойте! - заверещал Толик, запуская руку в носок. - Не надо меня на органы! У меня есть вот что…

И Толик бросил на стол мобильник.

Жуткая троица склонилась над мобильником.

- Хм… - сказал гном, складывая нож. - Золотишка не много… Камушки… Камушки ничего себе… Это все реализовывать надо. Впрочем, это не трудней, пожалуй, чем органы загнать.

- Ладно, живи, лошок, - сказал второй гном и с размаху «засветил» костистым кулаком Толику в лоб.

…- Эй, пора вставать! Ваша станция скоро! Пора вставать!

Толик открыл глаза. Над ним склонился проводник. Он усердно тряс заспавшегося пассажира за плечо.

- Что? Где они? - прохрипел Толик и сел. Голова болела ужасно.

- Кто они? - не понял проводник.

- Ну, эти… Кидалы… Мошенники!

Проводник недоуменно развел руками.

- Какие еще мошенники? Что за кидалы? У нас таких отродясь не было…

- А кто шампанское сюда приносил? Не вы ли? - начиная злиться, поинтересовался Толик.

- Мы шампанского не держим, - гордо ответил проводник. - У нас чай да печенье…

- И жареные поросята?

- Попрошу на выход! - строго сказал проводник. - Какие еще поросята?

- Да вы все в сговоре, - догадался Толик. - Понятно. Ну, а как же иначе? «Ничего не было, ничего не знаю! Пассажир был пьян, все растерял, с кем-то подрался в вагоне-ресторане, а потом понапридумывал!» Так?!

Проводник хотел было возмущенно ответить, но как бы поняв вдруг что-то, кивнул и спокойно сказал:

- Вы, наверное, просто не в курсе. Как же это вам не объяснили? Это поезд-распределитель. Пока вы спите, он определяет какого жизненного пути вы заслуживаете, и на какой станции вам следует выходить. Что-то вроде того, что было на Старте. Только для вновь прибывших. Ну, и попутчиков он посылает вам соответственно тому, чего вы заслуживаете. Но за все это поездная бригада ответственности не несет. Это уж вы сами себе накрутили… Сами понимаете - Игра.

Толик обреченно кивнул, и, похлопывая себя по опустевшим карманам, побрел в тамбур. Раздался скрип тормозов, и поезд постепенно остановился. Проводник открыл дверь. На подземной платформе было темно и пустынно. Видимо, сейчас была ночь, и метро не работало.

- Ну, счастливого пути, - козырнул проводник.

- А… Куда? - спросил Толик.

- Вот чего не знаю, того не знаю, - покачал головой гном.

Поезд издал утробный гудок.

- Подождите! - донесся до вагона женский крик. Приближался быстрый топот.

Толик шагнул на перрон и был жестоко сбит с ног девушкой, которая прыгнула в дверь уже тронувшегося вагона.

- Ой, простите, - небрежно бросила девушка. Толик отметил, что ее одежда - обтягивающая черная с красным кожа - вполне соответствовала манерам. Где-то он уже видел похожее одеяние…

- Да ладно, - крикнул в ответ Толик. - Не стоит беспокойства! Можете в меня еще и плюнуть…

- Здравствуйте, Игрок номер три, - донеслись до Толика слова проводника, и вагон исчез в глубине тоннеля.

- Игрок номер три? - потирая ушибленное плечо, пробормотал Толик. - Игра становится все интереснее… Только что же мне делать без телефона?

Он засунул руку в карман куртки и нащупал маленький кусочек картона.

- Ну что ж, - разглядывая «пазл», бодро сказал сам себе Толик. - Во всяком случае, я живой. И по-прежнему - Игрок номер один.

- Доминатор, мы засекли его! Станция «Парк культуры»…

- Группу выслали?

- Сразу же! Теперь он от нас не уйдет!

- Мне нравится ваш оптимизм, Советник. Надеюсь, прошлого прокола не повторится…

- Это исключено, о Доминатор!

- Ну, что ж… Я жду у себя Игрока номер один.

- Всем остаться на своих местах!

- Не двигаться! Агенты Госбезопасности!

- А ну, на пол!

Черные силуэты возникли в паре метров над землей и словно горох посыпались на мрамор платформы. Страшные голоса эхом разносило под каменными сводами, под потолком сверкали маленькие молнии.

- Менты!

- Не менты - хуже!

- А! Обложили, гады!

- Бежим!

- Куда бежать-та?

- Валим!

- А-а! Не крутите руки, падлы!

Три разношерстно одетых фигуры заметались по платформе, пытаясь пробиться к выходам или спрыгнуть на рельсы. Но черное кольцо неумолимо сжималось.

И вот все трое - два гнома и толстяк в каске лежали на холодном полу.

От прочих отделился высокий агент. Он неторопливо подошел к лежащим и склонился над ними.

- Кто Игрок?

- Какой еще игрок? Ничего не знаем! Ведать не ведаем! - забубнили в лежащие прямо в пол.

Костлявая ладонь агента вытянулась вперед и сжалась в кулак.

- А! - завопили пленники. - Больно! Да, да! Мы признаемся, только не надо! Больно! Мы, мы игроки! О-о!

- Игроки?! Все трое? - усомнился агент.

- Не в этом смысле, - захрипел толстяк. - В карты играем, лохов разводим… Только не мучайте, прошу вас!

- Какие еще карты? - капюшон склонился ниже. - Что вы городите? Телефон где?

Толстяк суетливо вытащил из кармана и бросил на пол какие-то железки. Агент поднял их.

- Что это? - непонимающе произнес агент железки в руках.

- Это… Это корпус от телефона, - ответил толстяк. - Золото, платина и камушки… В секу выиграли… Все честно, все по закону!

- Какой, к черту, корпус?! Где сам телефон?! - взревел агент и пнул толстяка ногой.

- Вынули из корпуса и продали! Задаром почти! - завопил толстяк, корчась и закрываясь от ударов, - Зачем нам начинка? Она же стандартная!

Наступила пауза. Пленники, кряхтя, ворочались на холодном полу.

- Хорошо, - медленно сказал агент. - Где Части Целого?

- О чем вы? - заверещал один из гномов.

- Не зна-аем - заскулил второй.

- Они и вправду не знают, - произнес агент. - Мы перехитрили сами себя… Уходим…

- А с этими что делать? - басом спросил один из агентов.

- С этими? А сообщите Волкопу. Сделаем дружественный жест милиции. Тем более, что он нам ничего уже не стоит…

- Доминатор… О, Доминатор…

- Браво, Советник! Теперь уже Младший советник… Я восхищен вашей проницательностью и служебным рвением…

- Мы не думали…

- Вот именно. Так идите и подумайте. Агента, руководившего операцией, ко мне… Все приходится делать самому… -5 Марине не спалось. Она долго смотрела в потолок под мерный перестук колес, затем взяла со стола оставленную кем-то потрепанную книжку. Это оказался неизменный в любом поезде огромной страны детектив Марининой. «Почти тезка», - подумала Марина и честно попыталась читать. Но то ли настроение было не то, то ли сюжет не вызвал интереса, только дальше первой страницы чтение не пошло.

Уставившись невидящим взглядом в обложку, Марина думала о себе и о Максе. О своем друге, которого, как оказалось, никогда не существовало, если верить местным властям. А насмотревшись чудес в этой странной Волшебной Москве, она готова была поверить кому угодно и чему угодно.

И правда, все ее воспоминания, связанные с Максом, при вдумчивом рассмотрении не выдерживали никакой критики. Марина с ужасом призналась себе, что все эти совместные поездки на море на мотоциклах, шумные пивные вечеринки и сцены при луне кажутся теперь картонными и надуманными, будто нарезанными из модных журналов и кинофильмов.

Как сказал этот странный милиционер - Волкоп - все это только для того, чтобы привлечь ее в Москву, придать ей сил прорваться сквозь границы Локализации… Но зачем? Чтобы лежать сейчас на полке купе в странном подземном поезде, что мчится без устали по Кольцевой линии?

Марина встала, надела кроссовки и накинула куртку. В коридоре вагона никого не было. Не у кого было попросить зажигалку.

Она задумчиво побрела в тамбур. Еще через стекло двери она заметила струящийся сигаретный дым.

Прислонившись к стенке, любуясь несущейся за окошком стеной, стоял и курил крепкий мужчина в военном камуфляже.

- Не дадите даме прикурить? - спросила Марина.

- Это всегда пожалуйста, - ответил тот и чиркнул зажигалкой.

Марина затянулась и закашлялась. Курильщицей со стажем она не была. Сигареты лишь помогали иногда поддержать компанию, да расслабиться время от времени.

- Куда путь держите? - улыбнувшись, спросил мужчина.

- А вы? - парировала Марина.

Секунду помолчав, они оба рассмеялись.

- Вы, как я полагаю, Игрок номер… - полувопросительно сказал мужчина.

- Три, - кивнула Марина. - Тоже участвуете в гонках с преследованием?

- Дэн, - вместо ответа представился тот и протянул руку.

- Марина, - девушка, прищурившись, пожала руку собеседника. - Так мы, как я понимаю, в некотором роде противники?

- В некотором роде, - рассмеялся Дэн. - Пока неизвестны правила, трудно определить, кто противник, а кто друг.

- Ну-ну, - скептически ответила Марина. - Странная она, эта Игра, вы не находите?

- Нахожу, - согласился Дэн. - Но играть в нее, все же придется…

- А что, - поинтересовалась Марина. - Как вы думаете, может дойти до того, что мы начнем стрелять друг в друга?

- И ножами резать, - кивнул Дэн. - Это возможно. Но в отношении меня вы можете быть спокойны. Вы слишком симпатичная, чтобы я причинил вам боль…

- Ой, спасибо, - фыркнула Марина.

- В случае необходимости я убью вас быстро и безболезненно. Я знаю специальные приемы, - заверил Дэн.

- Спасибо, - ответила Марина, не понимая, шутит ли ее собеседник или говорит на полном серьезе. - Я, пожалуй, пойду…

- Позвольте, я вас провожу, - предложил Дэн, но в этот момент скрипнула дверь, и в дымном тамбуре показалась голова проводника.

- Кхе-кхе, ох и накурили, однако! Молодой человек - ваша станция!

Одновременно со словами проводника поезд дернулся и начал снижать ход.

- А я решил дальше проехаться, - весело глядя на Марину, сказал Дэн.

- Мало ли, что вы решили, - ответил гном. - Приготовьтесь к выходу.

- Я дальше поеду, - ответил Дэн. - Сколько доплатить?

Марина с интересом ждала развязки. Нельзя сказать, что этот Дэн ей совсем не понравился, но…

Гном вытянулся во весь свой небольшой рост и поправил на голове фуражку.

- На выход, Игрок! - рявкнул он.

Поезд остановился. Дэн иронически осмотрел гнома и снисходительно улыбнулся.

- Знаете что…

Договорить он не успел. Дверь вагона с хлопком вылетела наружу и огромная черная рука схватила Дэна поперек туловища и вырвала из вагона в темноту вокзала.

Марина в ужасе вжалась в угол и закричала.

- Да что же это все такие впечатлительные пошли, - недовольно сказал проводник, вышел на перрон и, кряхтя, втащил обратно в тамбур массивную дверь. - Это всего лишь Станционный смотритель. Должен кто-то за порядком следить, верно? А то Игроки, они ведь всякие попадаются… … Когда Марина вернулась в купе, то обнаружила, что некто посторонний, нахально лежит на ее месте, прикрывшись оставленной ею книжкой.

- Вообще-то, это мое место, - недовольно произнесла Марина.

- Покажите билет, - не отрываясь от чтения, сказал некто.

Марина поняла, что этот тип свои права знает: у нее, конечно, не было никакого билета. Хотя, с другой стороны…

- А вы свой покажите, - чисто из принципа потребовала Марина.

Нахал молча бросил на стол длинный железнодорожный билет. Марина не стала его изучать и зло плюхнулась на противоположную полку и уперлась ногами в ту, с которой ее так бесцеремонно согнали.

- А Игрокам билеты не полагаются, - не отрываясь от чтения, сказал тип.

- Это почему же всем вокруг известно, что я - Игрок? - скрестив руки на груди, поинтересовалась Марина.

- Ну, что вы, Марина Сергеевна, - сказал неизвестный и перелистнул страницу. - Знают лишь те, кому по долгу службы полагается это знать. Проводник, например, Волкоп…

- Вы тоже из милиции? - спросила Марина. - Вижу, детективчики шибко любите.

- Да, есть такая слабость, - согласился тип. - Люблю. Только в данном случае меня интересует не столько сюжет книги, сколько причина такого огромного ее тиража. Честно говоря, простой логике это не поддается. Ведь у нас с вами, Марина, сюжет куда увлекательнее, а тираж - три экземпляра: протокол ГАИ, личное дело у Волкопа и материальчик еще в одном ведомстве…

- Это в нашем байк-клубе, что ли? - усмехнулась Марина.

- Нет, я имею в виду Госбезопасность. Слышали про такое?

- Это что? ФСБ? КГБ? Нафиг я им нужна?

- Нужна, очень нужна, Марина Сергеевна! Только не ФСБ и КГБ, которых как таковых в Волшебной Москве уже нет, а великому Княжеству Госбезопасность во главе с его уважаемым Доминатором…

- Совсем с катушек все посъезжали… Почему я должна вам верить? Покажите удостоверение!

- Хм… Пожалуйста… Младший агент Госбезопасности номер…

Над столом вспыхнуло красноватое свечение, в котором, словно в мареве поплыло изображение щита и меча. На щите были какие-то цифры…

- Мне этот номер ни о чем не говорит, - заявила Марина. - Вы мне лицо покажите.

- А вам скажет больше, если я заявлю, что я - майор Пронин? И у меня окажется лицо Гагарина? - донеслось из-за яркой обложки. - Не смешите. Вы же видели, какие личины вокруг бродят. В нашей Игре некоторым вещам надо верить сразу. А некоторым - никогда.

- И чему это мне надо верить? - с вызовом поинтересовалась Марина.

- А хотя бы грубой силе, - сказал тип, и, небрежно положив руку на стол, без видимых с хрустом усилий отломал его край. - А вот всему остальному верить не обязательно. Но зато можно делать выводы…

- А-а… - протянула Марина, не зная, как ей воспринимать слова незнакомца. - Вы мне угрожаете?

- Нет, я предупреждаю о наших серьезных возможностях в этом мире. А речь пойдет о другом. Об Игре.

- Ну, это в общем-то, очевидно. Здесь все только о ней и говорят…

- Да. Марина, вы Игрок. И у вас, как у прочих Игроков, есть цель - найти Магистра правил.

- Я в курсе…

- Замечательно, что вы в курсе… Найти его нужно и нам. Поэтому мы хотели бы с вами сотрудничать…

- Я ничего не буду подписывать, - быстро сказала Марина.

- Вот, сразу видно умную девушку! - усмехнулся ее собеседник и снова зашуршал страницами. - Подписывать ничего не надо. Просто выслушайте меня.

- Я вся внимание, - ядовито сказала Марина, откидываясь на обитую мягким стенку.

- Вам, наверное, будет небезынтересно узнать правду о себе? Откуда в вашей голове взялся некий молодой человек - Макс, которого, вроде, как и не было на свете? Почему вы стремглав примчались в Москву и не нашли ничего, кроме фальшивых воспоминаний?

- Да-а, - протянула Марина. - Это интересно…

- И еще интересней вам будет узнать, куда вам следует возвращаться из Москвы…

- Что вы хотите этим сказать? Что в Рязани…

- Что вы никогда не были в Рязани.

- А как же…

- Я вижу, мне удалось возбудить в вас некоторый интерес. Это хорошо. Это значит, что мы найдем общий язык, который приведет нас к взаимовыгодному сотрудничеству…

- Но… Ведь вы сами говорили, что я не должна никому верить.

- Верно. Мне не должны. Поверьте людям, которые в Рязани не пустят вас на порог, хоть вы и будете утверждать, что это - ваш дом, где вы провели детство…

Марина посидела некоторое время молча. Мысли в голове смешались, накатила какая-то безысходность, от которой захотелось завыть. Марина стиснула зубы и сказала:

- Ну, допустим. Чего вы от меня хотите?

- Да ничего особенного! Мы хотим, чтобы именно вы победили в Игре! То есть нашли Магистра правил.

- И вы мне будете в этом помогать?

- Это б, конечно, с удовольствием. Только это исключено. Мы достаточно могущественны, но за игрой следит Арбитр. Нам нельзя ссориться с магами, которых, кстати, никто так и не видел до сих пор. Мы просто стараемся заранее договориться со всеми Игроками. С кем-то уговорами, как с вами, с кем-то пожестче…

- Вот даже как?

- Да, Госбезопасность шутить не любит… И еще мы хотели бы высказать одно настоятельное пожелание…

- Интересная формулировка.

- Да, бросьте, честное слов! Не слышали вы интересных формулировок. Почитали бы вы наши архивы… Я просто хотел намекнуть, что вам следует использовать свои преимущества с тем, чтобы стать Игроком номер один. И, соответственно, приблизиться к победе…

- Это какие такие преимущества?

- Вы девушка. И весьма интересная. А Игрок номер один - молодой парень. Лопух.

- «Не виноватая я…» - пробормотала Марина. - Ну, уж это я сама решу, какие преимущества мне использовать…

- Решайте, решайте. Госбезопасность плохих вариантов не посоветует…

- Да бросьте вы эту дурь читать! - раздраженно воскликнула Марина. - Это просто неуважение к собеседнику!

- Действительно, вы правы, - согласился незнакомец. - Хватит жечь себе мозги всякой ерундой и зрение портить…

И раскрытая книжка обложкой вверх плюхнулась на все еще промятую искусственную кожу. Туда, где только что лежал Агент Госбезопасности. -6 Дэн и раньше догадывался, что сюда проведена специальная ветка метро. Странно было бы, чтобы, строя по сему городу такие подземелья, власть не подготовила для себя дополнительного шанса на выживание в случае всевозможных перипетий политики и непредсказуемых плодов брожения народного сознания.


Вот только вид лестницы, идущей в глубину по потолку вызывал головокружение даже у человека, порядком попрыгавшего с парашютом.

«Ну, да, - вспомнил Дэн. - Кремль-то сейчас в земле вверх тормашками, как морковка - ботвой наружу…»

Однако он привык к решительным действиям, а потому без раздумий ступил на уходящий вниз скользкий потолок.

Перед глазами тут же замелькали разноцветные круги, желудок подбросило кверху и Дэна вырвало. На ступеньки.

- Ух, черт, - прохрипел Дэн. Он стоял на четвереньках, а где-то над головой были рельсы, перрон и страшный Станционный смотритель, видеть которого Дэн так и не увидел, хотя на ребрах ощутил основательно.

- Что ж, поползаем, как мухи, вверх тормашками, - сказал сам себе Дэн, откашлялся и побрел по лестнице слабо освещенным коридором. …На Ивановской площади было странно. Неба, конечно, не видать, но и земли тоже, хотя характерный запах заполнял все пространство. Дэн огляделся по сторонам и неопределенно хмыкнул: колокольня Ивана Великого у макушки втыкалась в темный свод, так, что маковки было не видать.

- Ну, и что я здесь делаю? - спросил у себя Дэн и сел на камни. Он закурил и принялся тихо насвистывать что-то неопределенное.

«Надо бы провести осмотр помещений, - вяло думал Дэн. - Может, здесь есть кто из аппарата президента. Может, и сам…»

- Курить нельзя, - раздался строгий голос.

Дэн поднял глаза. К нему приближался подтянутый мужчина в неприятно знакомой форме.

«НКВД?» - рассеянно подумал Дэн и затушил сигарету о камень.

- А сидеть можно, товарищ офицер? - поинтересовался он.

- Сидеть можно, - ответил НКВДшник. Из его уст эти слова прозвучали особенно неприятно.

Тут офицер совершил неожиданный поступок: он подошел к Дэну и уселся прямо напротив него - на камни. Он сразу устроился поудобнее: облокотился на локоть, положив одна на другую ноги в хромовых сапогах. Видимо, чувствовал он здесь себя вполне «в своей тарелке».

- Трошкин, кремлевская охрана, - представился офицер и протянул Дэну руку.

- Денис, войска специального назначения, - ответил Дэн и протянул руку в ответ. - Что охраняем? От кого?

- Вас, - ответил Трошкин. - От наших жильцов.

- Нас - это спецназ? - скаламбурил Дэн.

- Вас - это людей.

Дэн удивленно вскинул брови.

- Интересный поворот, - сказал он. - Зачем же это надо нас от них охранять? Мы с ног сбились, ищем президента, правительство. Страна без руководства осталась…

- Это, конечно не есть хорошо, - согласился Трошкин и достал из нагрудного кармана пачку «Казбека». - Будете?

- Так нельзя же курить? - усомнился Дэн.

Трошкин махнул рукой и принялся придавать папиросе соответствующую форму. Дэн взял легендарную папиросину и задумчиво дунул в нее.

Закурили.

- Страна без руководства - это не дело, - продолжил Трошкин. - Но сами понимаете - Игра…

- Понимаю, - кивнул Дэн.

Со стороны Кремлевского дворца раздался гулкий тоскливый рев. От него у Дэна мигом свело зубы и побежали по телу отвратительные мурашки.

- Вряд ли понимаете, - покачал головой Трошкин и затянулся.

Рев повторился. К нему добавился еще один. Вдалеке раздался дробный стук сапог: человек тридцать в форме торопливо бежали туда, откуда доносились странные звуки.

- Что это? - хрипло спросил Дэн.

- Государственная тайна, - спокойно глядя в глаза Дэну, сказал Трошкин и стряхнул пепел.

- Слушай, дружище, - живо заговорил Дэн. - Ты пойми, это же мое задание! Мне поручили от имени Генерального штаба узнать, что с главнокомандующим - ты понимаешь? За границами Локализации скоро такое начнется!..

- Передай, что все в порядке, - невозмутимо ответил Трошкин. - Мы будем держать их здесь, пока не закончится Игра.

- Но могут начаться волнения!

- Пусть не волнуются. Я, думаю, у нас хватит сил. Мы выстоим…

- Тьфу! - сказал Дэн и раздавил недокуренную папиросу.

Трошкин грустно посмотрел на Дэна и вздохнул.

- Ты думаешь, мы зря тут вверх тормашками ошиваемся? - произнес НКВДшник. - Нашим хозяевам сейчас за эти стены никак нельзя…

Трошкин вдруг оживился и как-то умоляюще посмотрел на Дэна:

- Я тебе вот что скажу: лучше бы ты быстрее Игру закончил, а? Ты ведь Игрок, верно? Слушай, ты не тяни, а? И другим скажи - пусть побыстрее… Страшно тут…

Словно в подтверждение его слов завибрировала земля, и откуда-то донесся длинный тягучий стон.

- Ну… Ладно, - неуверенно сказал Дэн. - Только тогда я не пойму, зачем меня именно сюда прислали… Ведь что-то мне здесь должно было помочь… Э-э-э… Слушай, а от вас не видна Красная площадь снизу?

- Ну, как же, - ответил Трошкин. - Если вон туда пойти - она и будет. И если рассудить - как раз с изнанки…

- Можно я посмотрю?

- Пожалуйста. Только я тебя сопровожу. От греха… … Дэн стоял на самой натуральной Красной площади. Здесь, в полумраке, было все так же, как и на поверхности. Более того - собор Василия Блаженного здесь был настоящий, в отличие от того, поверхностного.

И здесь так же мерно щелкали камни мостовой. Только сквозь квадратное отверстие бил неяркий, но явственный луч дневного света…

- И где же здесь рисунок? - пробормотал Дэн, вглядываясь в темную поверхность площади.

- А, рисунок, - понимающе кивнул Трошкин. - Точно, был в самом начале. Только когда камень вытащили - пропал он.

- Что нарисовано хоть было?

- А вот хоть убей… Нет, не могу вспомнить, надо же, а!

- А кто камень вытащил?

- Да паренек один. На глазах мавзоеевского караула. Не успели догнать. Исчез он, как сквозь землю провалился. Сумасшедший наверное… Говорят - Магистр какой-то…

- Интересненько, - процедил сквозь зубы Дэн. - Магистр правил путает карты организаторам Игры. Так я это понимаю…

Трошкин равнодушно пожал плечами.

Со стороны Мавзолея донесся странный звук, отдаленно напоминающий плач. Вертикальные щели наверху вспыхнули голубоватым свечением. Караул у дверей явно нервничал.

- А что, - поинтересовался Дэн. - Это правда, что тело… хм… вождя ушло в город? И где теперь Ле…

Дэн не успел договорить, потому что Трошкин схватил его за шею и закрыл ладонью рот.

- Тихо! - в ужасе забормотал Трошкин. - Не произноси имя! Не вслух! Услышит - худо будет…

Дэн вырвался из цепких объятий и недоуменно посмотрел на Трошкина, потом на нарастающее свечение Мавзолея.

- Здесь Он! - сдавленным голосом сказал Трошкин. - Наверху - бутафория… А теперь уходи, уходи быстрее… Тебе здесь больше находиться нельзя. Они чужаков чуют…

НКВДшник схватил Дэна под локоть и потащил в сторону входа в Кремль, который был здесь прямо за Мавзолеем. Из гранитной пирамиды доносились неприятные звуки. Один из караульных украдкой крестился.

- Ну, прощай, друг. - Сказал Трошкин. - Хотя… Найдешь камень - заходи, будем ждать!..

… На этот раз к перрону подошел вполне стандартный поезд метро. Дэн вошел и уселся на пошарпаное сидение. Его еще мутило от обратного кручения вверх ногами - с лестницы на потолок, да и от кремлевских впечатлений. По-крайней мере, Дэн знал теперь, где искать «оборотную сторону медали», точнее - Красной площади.

Осталась малость - найти камень и выяснить, что за таинственный рисунок украшал подножие парада Победы…

Поднимаясь на эскалаторе какой-то станции (он вышел наобум), Дэн обратил внимание на множество людей, в панике спешивших вниз. И чем выше он возносился, тем больше народу и больше нервной суеты он видел. Люди что-то кричали, размахивали руками, вращали выпученными глазами. Многие громко матерились, и никто не ставил им этого в упрек.

Заинтригованный, Дэн с трудом протиснулся к дверям метрополитеновского павильона, ведущим на улицу - люди и диковинные существа, к которым он уже привык, лезли вовнутрь и через входы, и через выходы.

На улице стоял гам, визг и вообще нечто невообразимое.

- Э, да что происходит-то? - спрашивал Дэн у проносящихся мимо людей, но на него не обращали внимания.

По этой причине он схватил за шиворот какого-то мужичишку и размеренно повторил вопрос.

- Чего, не видишь?! - заорал мужичишка. - Орда идет!

- Что за орда? Куда идет? - не понял Дэн.

- А хрен ее знает, куда идет! - огрызнулся его собеседник и, вырвавшись, сгинул в людском потоке.

Небрежно расталкивая стремящихся ко входу в метро, Дэн вышел к проезжей части широкого проспекта. Машины разворачивались, плюя на все правила, и уносились вправо. Всмотревшись вдаль по левую сторону, он увидел какое-то движение. Пока тяжело было разобраться, что именно там происходит, но бегство толпы происходило именно оттуда.

- Орда, - пробормотал Дэн. - Что за хреновина такая?

Тут он ощутил заметную вибрацию асфальта под ногами. Будто под землей проходил поезд метро. Только вибрация все нарастала, и к ней добавились все усиливающиеся мерные содрогания.

И он увидел.

- Мать моя женщина! - констатировал Дэн.

По центру проспекта на него неслась взбесившаяся заставка «Мосфильма»!

А точнее - парная статуя Рабочего и Колхозницы. Словно в замедленном кино с гулом поднимались огромные ноги, что, ударяя в мостовую, шумно взметали асфальтовые лоскутья. Поднятые руки с молотом и серпом в этом движении выглядели уж совсем дико, так же, как и лишенные эмоций лица из стальных квадратов.

И тут Дэн заметил, как у подножия неприкаянного монумента с диким визгом вырвались вперед десятки всадников. Их движение, разношерстная одежда и гиканье действительно напоминали о скачущих по степи монгольских завоевателях.

Толпа тех, кто не успел спрятаться в метро или убежать, отпрянула к стенам домов. Но всадники, которых становилось все больше, казалось, никого не замечали. Дэн увидел, что от рук всадников к головам Рабочего и колхозницы тянется множество тонких ниточек - так казалось с этого расстояния - и всадники изо всех сил пытаются остановить и повалить металлические тела. Серп и молот на вытянутых руках тоже оказались связаны.

- Вот гады, - раздался сзади женский голос. - Как саранча. Мало им металлолома - все на кусочки хотят порвать! Продать и сожрать! И как они только нашли их? С реставрации стащить пытались, что ли?

Дэн на миг обернулся. Говорила пожилая женщина с большой сумкой. Встретив взгляд Дэна, она осеклась и засеменила прочь.

Раздался отдаленный треск, а с ним - громкий множественный свит и гиканье. Руки статуй разъединились, порванные веревки с них полетели вниз, а всадники шарахнулись в стороны. И вовремя: на них в сопровождении противного металлического скрежета уже опускались гигантские орудия труда.

Взметнулись тучи пыли, разнесся звук, похожий на взрыв - это опустился молот. Раздался электрический треск и звон лопающихся струн - это порвались троллейбусные провода, за которые зацепился серп. Статуи медленно, не обращая внимания на неудавшихся пленителей, сбросили остатки веревок и, теряя на ходу огромные прямоугольники металла из ржавых тел, удалились боковой улицей.

- Ну, теперь держись, - прокричал пролетающий мимо гаишник. - Сейчас ордынцы рассердятся - начнут бесчинствовать! Чего изволите пожелать, ничего не изволите как хотите, пока… Спасайся, кто может!

- Эй, летун! - крикнул Дэн гаишнику. - Что за халатное отношение к обязанностям? В каменоломни захотелось? А волшебной палочкой махнуть не вариант, чтобы гражданам помочь?

- Так на живых я не могу! Если б они на мотоциклах были - я б махнул, - улетая, прокричал гаишник.

Тут Дэн нащупал в кармане рацию.

- Тьфу, совсем забыл! - произнес Дэн и достал из кармана «яйцо».

Самое время реализовать одну давнюю задумку. Он принялся спрашивать у торопящихся прохожих ручку и бумагу. Найти искомое удалось у одной испуганной женщины. Он присел на корточки и принялся лихорадочно писать. Затем достал рацию, подул в ее, не зная, на что нажимать в этом идеальной формы яйце.

- Эй, Волкоп, где ты? Прием! Тут полно нелегалов…

Тяжелая рука легла ему на плечо.

- Это не просто нелегалы, друг мой, - сказал Волкоп. - Это стихия.

- Фу, елки-моталки, никак не привыкну к таким появлениям, - вздрогнув, сказал Дэн. - Так их что - никак нельзя остановить?

- Я не вправе, - покачал головой Волкоп, доставая реализатор, -Черкизовская Орда - явление конечно, и опасное, и неприятное, но Дума, почему-то не принимает закон о выселении нарушителей. Был бы закон, а средства бы я нашел… А без закона никак нельзя!

- А что, Городская дума еще функционирует? - оживился Дэн.

- Я про Госдуму, - ответил Волкоп.

Договорить он не успел: на них с диким визгом понеслась группа всадников на своих сбитых коренастых лошадях.

«Нет, точно монголы», - подумалось Дэну.

Перепуганный народ еще сильнее вжался в стены.

Волкоп медленно поднял реализатор и громко монотонно заговорил:

- За нарушение правопорядка, административного законодательства, поставление в опасность жизни представителей власти, нарушители отправляются на сто первый километр…

Нервы у Дэна были крепкие, но даже ему пришлось покрыться испариной, глядя как десяток лошадей с седоками, готовых растоптать его в лепешку, полопались в воздухе в паре метров от него. Своим реализатором Волкоп владел безупречно.

Дэн набрал полную грудь воздуха и с криком бросился вперед.

- Стой! - крикнул Волкоп, на миг прекратив стрелять.

За эти пару секунд Дэн успел ловко запрыгнуть сзади на седло одному из «монголов». И в ту же секунду свалиться на асфальт.

Волкоп невозмутимо завершил серию выстрелов

Рядовой Бечменбеков стоял в карауле, курил и смотрел вдаль.

Он не видел Москвы, которая лежала перед ним. Он видел родные калмыцкие степи, стада сайгаков, и старую дедову юрту, в которой бывал еще мальчишкой. Он вспоминал, как впервые его посадили на коня, и как дед рассказывал ему о великом прошлом кочевых племен.

Грандиозные картины переселения народов проплывали у него перед глазами, чему в немалой степени способствовала папироса, набитая отнюдь не «беломоровским» табаком.

Поэтому солдат даже не удивился, когда на фоне его туманных мыслей из воздуха вырвался с десяток разъяренных всадников на резвых конях. Он не удивился - он пришел в восторг и радостно закричал что-то по-колмыцки. …Сменить часового решились только тогда, когда он, приплясывая и напевая народные песни, расстрелял, наконец, в воздух весь боекомплект.

Всадников скоре задержал взвод десантников, патрулировавших местность на БТРе. Обыскав неизвестно откуда взявшихся наездников, у одного из них нашли странную записку…

- Закон нужен, - вздохнул Волкоп, зачехляя оружие.

Реализатор произвел должное воздействие, и Орда больше не приближалась. Люди расходились по сторонам, бурно обсуждая увиденное. Какой-то пожилой мужчина подошел к Волкопу и, прослезившись, щелкнул каблуками и козырнул. После чего сник и удалился. Еще какая-то бабулька отвешивала ему глубокие поклоны.

Страж порядка оставался равнодушным к этим проявлениям почтения.

- Так что, Орда бесчинствует, а на нее управы нет? - спросил Дэн.

- Да все дело-то в том, что их бесчинства вполне в рамках действующих законов, - вздохнул Волкоп. - Они ведь торговцы. А Орда - это кочующий рынок. Нельзя их так просто всех сразу выгнать. Связи у Орды немыслимые. Взять ту же Думу… Да и буйствуют они в основном, когда перекочевывают… А так - все беззакония в основном творятся у нее внутри. Не каждому дано это узнать, да это и к лучшему. Кто-то считает, что Орда даже полезна. Ведь в Орде можно найти любую вещь - если она существует в природе.

- Да? - прищурился Дэн. - Прямо-таки любую?

- По непроверенным данным, да, - ответил Волкоп. - Лично я ничего там не ищу. Кроме откровенных преступлений. Но все мои рейды регламентированы…

- А мои - нет, - сказал Дэн и подмигнул Волкопу. - Ну, я пошел!

Волкоп оценивающе посмотрел на Дэна и сказал:

- Желаю удачи, Игрок. Не забывай только про свою цель. Нам по-прежнему нужно найти Магистра. А поскольку он - не вещь, в этом Орда тебе не поможет…

Дэн кивнул. И решительно направился в ту сторону, где скакали, топтались на месте и водоворотами носились по кругу всадники. -7 Поезд унесся в темноту тоннеля, оставив Толика наедине с огромным пустым залом. Он направился к эскалатору, но могучая женщина в синей форме, выдвинувшись из стеклянной будки, преградила ему путь. промнымпусты заломоставив толика ились водоворотами всадники. вующих законов. расстрелял, наконец, в воздух весь боекомплек - Игрок? Вот и жди на перроне, раз Игрок. Сейчас за тобой пожалуют, - сказала она таким тоном, что Толик не осмелился ее ослушаться.

Он побрел обратно. Впрочем, ждать ему не пришлось: из туннеля раздались мерные скрип и скрежет, и к перрону подкатила допотопная ржавая дрезина, движимая усилиями двух страдающих одышкой гномов.

- Эй, Игрок, сколько тебя ждать! - крикнули ему.

Толик хотел было ответить соответствующим образом на несправедливый упрек, но, глядя в покрытые испариной злые сморщенные лица, сказал только:

- Извините, не хотел вас задерживать.

Дрезина мерзко скрипела и постукивала на стыках рельсов, а Толик задумчиво рассматривал потертые макушки гномов. Неизвестно, почему этих существ назвали именно гномами. Видимо, сказалась традиция - называть так невысоких и морщинистых подземных жителей.

Толик ерзал на неудобной дырчатой железной скамейке, мучаясь скукой и тоскливой неопределенностью: «Куда я еду, зачем?»

- А куда мы едем? - спросил Толик.

- На штольни, - бросил в ответ один из гномов. - Что от безделья мучаешься? Садись, дергай за ручку.

Прикусив язык, Толик послушно полез меняться местами с гномом.

Толкание дрезины оказалось занятием на редкость утомительным. Впрочем, вскоре показался свет, гном дернул за тормоз, и дрезина со скрежетом съехала на боковую ветку.

И выкатилась в пугающее размерами пространство огромной пещеры.

- Ух, ты! - поразился Толик. - Я и не думал, что под Москвой такое есть! Офигительно!

- Да, уж, - хмыкнули, переглядываясь, гномы. - Просто здорово! Особенно для тех, кто на шахтах вкалывает.

- А что же здесь могут добывать? - поинтересовался Толик.

- Отстань! - отмахнулись гномы, - Наше дело тебя доставить. Остальное спрашивай у Бригадира. Он ждет тебя, дожидается.

- А где он, этот Бригадир?

- Да вон же! Видишь деревянный помост? Туда понимайся…

Толик кивнул и направился в сторону здоровенного помоста на толстых деревянных сваях.

Вокруг царило шумное движение. Суета каких-то огромных машин, гномов в синих комбинезонах и касках, редких здесь людей. Где-то долбили отбойные молотки, выли циркулярные пилы, трещала электросварка. Как говорится, работа кипела вовсю.

Помост оказался на краю обрыва. Подойдя ближе, Толик понял, что это не просто обрыв - это пропасть размером чуть ли не с Большой каньон, на дне которой вереницами движутся карьерные самосвалы, груженые породой поезда и много чего еще, что рассмотреть в пыли и при скудном освещении редких прожекторов было непросто.

- Во, дела! - сказал сам себе пораженный Толик, поднимаясь по скрипучим доскам на помост.

Бригадир оказался фигурой весьма колоритной.

Начать с того, что это был не вполне человек. Это был настоящий великан в рабочем комбинезоне соответствующего размера, только расшитым чуть ли не золотом и отдаленно напоминающем парадную дембельскую форму. Волосатые лапы были в огромных сверкающих перстнях, а белая строительная каска на голове больше напоминала колониальный английский шлем и была увенчана острием, словно у германского солдата времен Первой Мировой.

То, на чем с удобством расположился Бригадир, было смесью кресла истребителя и трона. Вокруг гирляндами висели здоровенные рации с длинными антеннами, мегафоны, валялись исчерченные листы ватмана. А еще на треноге стоял напоминающий разбухший бинокль мощный морской дальномер.

Стоит добавить, что сидел Бригадир во главе длинного деревянного стола, чем-то напоминающего часть строительных лесов. Стол этот обрывался прямо в пропасть. А уставлен он был так, словно во главе его сидел сам Людовик - «Король-солнце». И Бригадир, соответственно, кушал.

- А, Игрок! - восторженно зарычал великан. - Здоров! Проходи, садись, будь, как дома - ешь, пей! Заждались мы тебя! Как звать-то тебя?

- Т-толик…

- Садись, Толян! Не стесняйся! Мы, работяги, народ простой! Мы без церемоний любим! А ну, чего стал баран посреди дороги!!!

Последнее Бригадир проорал в рацию, глядя в бинокль куда-то вниз. Толик осторожно присел на край длинной деревянной лавки, что шла вдоль стола. При поразительном наборе яств, включающем дичь, икру и экзотические фрукты, на столе были только пластиковые тарелки, стаканчики, а так же одноразовые ножи с вилками.

- Да, ты - на БЕЛАЗе! - продолжал разоряться Бригадир. - Съезжай, говорят, с путей! Видишь, маневровый из-за тебя стоит! Вот дундук! Козел! Дибил недоразвитый! Молодчина!

Последнее, на этот раз, было адресовано Толику.

- Тяжело, друг мой, управлять таким огромным коллективом! - посетовал Бригадир. - Но ведь главное - это результат, верно?

- Ага, - согласился Толик, поглядывая на бутерброды с толстенным слоем черной икры. Сглотнулось.

- Ешь, не стесняйся! - радушно произнес Бригадир. - У нас как раз корпоративная вечеринка!

- А где остальные? - поинтересовался Толик, запихивая в рот бутерброд и протягивая рук за вторым.

- А остальные не придут, хе, хе - утробно захохотал Бригадир. - Это моя корпорация, моя вечеринка. Ты ж пришел? Вот и замечательно. Остальные путь работают. Нечего им расслабляться. Особенно каторжникам!

- А что вы тут добываете? - осмелев, спросил Толик. - Я думал, под Москвой только метро есть…

Великан снова засмеялся.

- Это только вы там наверху думаете, что под Москвой все время метро копают! Никакое это не метро!

- А что же? - спросил Толик, пытаясь засунуть в и без того набитый рот ломтик ананаса.

- Штольни! Штольни и шахты, дорогой товарищ! Это уж потом придумали их под метро использовать…

- И что же здесь можно найти? Что добывают - то? Уголь? Золото?

Бригадир хитро улыбнулся огромной небритой физиономией.

- Ну, а что можно добывать в Москве? Это же очевидно: Связи, Знакомства, Карьеру, Славу! Ну и Понты, конечно, - но это уже и вовсе дешевый товар…

- Как это можно под землей добывать э… связи? - усомнился Толик.

- А ты разве не слышал поговорку - «хоть из-под земли достану»! Или «землю рыть буду, но сделаю»!

- Но…

Бригадир склонился над столом и заговорщецки произнес:

- Да в Москве земля пропитана Известностью, Связями и Карьерой! Вся трудность - отделить Славу от Тщеславия, а Связи от Понтов! Ох, и Связи здесь попадаются, я тебе скажу! Но много пустой породы приходится перерабатывать. Поэтому метро под Москвой все время будет расти и расти…

Толик помолчал, переваривая услышанное. Да, добыть хорошие связи не просто. Ради этого стоит погонять туда-сюда десяток карьерных самосвалов.

- А что добывают в этом котловане? Он же вообще огромный, и на метро не больно похож…

- Да, - согласился Бригадир. - Это нечто новенькое. Это мы по спецзаказу работаем - новый проект. Копать приходится глубоко - ищем Национальную идею. Вряд ли найдем, конечно, но заказчик неплохо платит…

Толик промолчал. Он слишком смутно представлял себе, что такое национальная идея.

- Вообще-то раньше тут было богатое открытое месторождение. Прямо экскаваторами черпали Ум, Честь и Совесть нашей эпохи. Но когда нефть нашли в Персидском заливе, Ум, Честь и Совесть как-то резко упали в цене. Нерентабельно их добывать стало. Нету рынка. Не нужны они никому.

- Ну, - осторожно заговори Толик, отодвигая тарелку. - Я думаю, меня не шахты рыть позвали? Я все-таки Игрок…

- Нет конечно… Куда, куда сваливаете, ослы! Кто разгребать за вами это будет?

Толик пережидал, пока смолкнет рев мегафона. В конце не вполне благозвучной речи Бригадира мегафон в сердцах был отправлен в пропасть.

- Так вот, - успокоившись, продолжил Бригадир. - Тебя позвали совсем для другого. Честно говоря, и не звали тебя вовсе. Просто узнали, что по ходу Игры ты окажешься у нас - и сразу же родилась к тебе одна просьбочка…

Великан как-то вдруг неожиданно засмущался, заерзал на месте. И сменил свой бодрый тон на заискивающий.

- Э-э-э… Видишь ли… У нас тут проблемка. Нас хотят заставить взять на работу нелегалов. А у нас тут такое сырье ценное - Связи, Карьера, Престиж! Мало ли, с кем эта лимита захочет завести Связи! И Престижа не напасешься на всех голодранцев. Ты знаешь, какие у нас заказчики? Фамилии страшно в слух произносить! А тут - Игра. И скинули нам на отработку собственных грешков целую кучу народа, которую неизвестно, куда приткнуть! Мало того, что рабочие жалуются: зарплаты-то сбиваются - а куда деваться! Так у нас тут еще междоусобицы чего доброго начнутся. Волкоп заходить станет, вопросы дурацкие задавать начнет: «а куда делось столько-то Престижа, где столько-то тонн Авторитета, откуда у вас такие Связи?»… И ведь с ним не поговоришь по-человечески, он ведь законник, едрить его за ногу, дай бог, чтобы не услышал…

В общем, к тебе просьба: ты человек в Волшебной Москве авторитетный - Игрок! Так не в службу, а в дружбу - сходи в Госдуму, а? Пусть окончательно запретят в Волшебной Москве жить без регистрации! Совсем запретят! Тогда мы тихонечко и на законных основаниях всю нечисть отсюда препроводим на свежий воздух…

- Так… Я и сам без регистрации - пробормотал Толик.

- Так тебе-то я сделаю!!! - выпучив глаза, зашептал Бригадир. - Самую надежную регистрацию, всем регистрациям регистрацию, какой ни у кого нет! Не пожалею килограмма самого отборного Эксклюзива! Ты думаешь, я зря тут на Связях сижу? Еще и тебе Связей отсыплю! И Престижа с Авторитетом! И еще кое-чего!

- А кто меня в этой Думе слушать-то станет? - хмыкнул Толик. - Я же вообще - бродяга!

- Э, мил человек! Слушать будут, поверь! Кто в здравом уме Игрока сейчас слушать не будет? И вот еще что… Тебе передать просили. Заверили, что ты поймешь…

Бригадир огляделся по сторонам и через стол кинул Толику конверт. Он раскрыл его и увидел то, что и ожидал увидеть.

Еще один «пазлик».

- Это тебе. В знак того, что ты здесь не случайно. Сказали - сам знаешь от кого…

Толик аккуратно положил вторую Часть целого к первой.

- И еще, - сказал Бригадир и хихикнул. - Не знаю, зачем это кому понадобилось, но попросили спрятать и отдать тебе одну вещь…

И он с грохотом поставил на стол прямоугольный булыжник, от чего вся снедь лихо подпрыгнула.

- Знаешь, что это?

- Н-нет…

- И мы не знаем. Забирай.

- Мне это надо с собой тащить? Он же тяжеленный…

- Не волнуйся. Я тебе дам гномовский рюкзак - полезная вещь в работе старателя, в нем все кажется в десять раз легче…

Толик только пожал плечами.

Они еще посидели с Бригадиром, обсуждая детали, даже пива попили заодно.

В общем, Бригадир, хоть и страшен был наружностью, Толику понравился. Он испытывал сильное уважение и даже некоторую завись к людям дела. Может, потому, что сам толком ни к какому делу так и не успел примкнуть, оставаясь никчемным бродягой. И это поручение Бригадира при всей его сомнительности теперь вызывало в Толике неизведанные ранее чувства гордости и ответственности. Хотя мысль о том, что он будет на стороне, противоположной братьсям-бродягам, несколько колола душу.

Толику действительно дали небольшой вещмешок из толстого брезента, куда запихнули подарочный булыжник. Тот и впрямь стал почти невесомым. Хотя по-прежнему Толику оставалось непонятным, зачем ему тащить на себе этот камень? Но раз Магистр сказал (а Толик не сомневался, что таинственным заказчиком был именно Магистр правил - «пазлик» тому свидетельство), раз Магистр сказал, значит так надо…

На прощанье Бригадир послал Толика в литейные мастерские - за пропуском в Думу. Туда и направился несколько ошарашенный Толик.

- Здрасьте, - с порога громко сказал он, заглядывая в дымный смрад двери под облезлой табличкой «Литейная».

- Заходи, коль не шутишь, - отозвались из глубины.

Толик вошел и, не без труда протолкнувшись среди тесно наставленных железных ящиков, оказался в тесной каморке мастерской. Внезапно что-то вспыхнуло и забулькало. Толик зашипел от рези в глазах и отгородился рукой: откуда-то полилась пышущая жаром и нестерпимо яркая струя металла.

Возле тигля с бурлящим металлом водился совсем уж сморщенный гном, чем-то напоминающий Йоду из «Звездных войн».

- Э… - засомневался Толик. - Не знаю, туда ли я вообще попал. Мне пропуск нужен.

- Ну, если пропуск - тогда к нам, - не отвлекаясь от работы, ответил гном, - Один момент!

Металл из тигля полился в то, что по предположению Толика было глиняной формой. Не долго дожидаясь, Гном столкнул форму на пол, и та раскололась, оставив на полу пышущую жаром, но самую обыкновенную двухпудовую гирю.

С помощью электрической лебедки, зацепив гирю крюком за ручку, гном поднял ее и опустил в большой чан с водой. Вода закипела, и в мастерской стало влажно, как в бане.

- Спортинвентарь делаете? - поинтересовался Толик, глядя на ряды гирь разного размера, стоящие на полу и полках вдоль стены. - Гантели, гири?

Гном усмехнулся и вытер пот со лба широкой рукавицей.

- Какие ж это, едрен-батон, гири? - сказал он. - Это - Груз ответственности. Сопутствующий товар. Без него запрещается сбывать Власть в чистом виде.

Толик с сомнением посмотрел на гири. Самые обыкновенные гири.

- Хотя, - подмигнув, продолжил мастер. - Если Власти берут много, этот груз очень просто спихнуть другому. При известной сноровке, разумеется…

- Ну да, ну да, - нечего толком не поняв, ответил Толик. - Так мне пропуск нужен. В Госдуму.

- Ого, - с уважением сказал гном. - Это серьезно! Придется минут двадцать делать.

- Ничего, я подожду, - скромно ответил Толик и присел на массивную табуретку, что нашлась в углу.

- А что б не скучали - леденцов отведайте, - вежливо предложил гном. - Я их отливаю, как хобби. Не смущайтесь, что они такие тяжелые - это не металл. Это Столичный пафос. Чистейшей пробы.

Толик с трудом поднял с тарелки, что стояла на верстаке рядом с табуреткой, прозрачного «петушка» на металлической палочке. И с подозрением лизнул. Оказалось недурственно…

Странное дело, попробовав этого самого Пафоса, Толик вдруг ощутил, что нет большего счастья, чем жить внутри Садового кольца. Мир для него вдруг сузился до границ МКАД, зато внутренность города наполнилась невероятно плотным содержанием.

- Москва - это круто, - сказал Толик и лизнул петушка еще раз. - Ненавижу лимиту!.. Она всю картину портит. Ведь мы - элита, мы - центр, мы - основа российской цивилизации, на нас все держится…

- Э-э! - воскликнул гном. - Ты что, парень, приезжий?! Тьфу! Я ж не знал, что ты это первый раз пробуешь! Положи от греха - отравишься еще!

Толик послушно положил «петушка». Обратно на тарелку. Пафос быстро улетучивался. На всякий случай Толик решил заполировать странный эффект «петушка» хмельными семечками. Он нервно слузгал пару штук, от чего быстро наступил эффект выпитой бутылки пива. И принялся наблюдать за работой мастера.

А работа между тем подходила к концу. Большая часть времени у гнома ушла на то, чтобы на многочисленных полках отыскать нужную форму.

Когда форма была найдена, он взял ее мощными щипцами и подошел к массивному крану, торчащему прямо из стены. Дернул за рукоятку, и в форму из крана полился расплавленный металл.

- А это что за материал? - поинтересовался захмелевший Толик.

- А, - скривился мастер. - Обыкновенное золото. Червонное.

Толику оставалось только позавидовать обладателю такого полезного крана.

- Ну, вот твой пропуск и готов, - ответил гном, вываливая из формы на верстак большой тяжелый брусок.

На сверкающей верхней грани золотого бруска красовалась вдавленная надпись:

Государственная Дума

ПРОПУСК

999 пробы

(однократного действия) -8 Марина задумчиво поднималась на эскалаторе, еще не зная, на какой станции она вышла. Проводник не счел нужным ее называть, а посмотреть на стены или светящиеся табло она не удосужилась. Да ей и было-то все равно.

Однако, выйдя на улицу и увидев не очень далеко высотку МГУ, она улыбнулась. Ее студенческие годы только-только окончились, оставив самые приятные воспоминания. Конечно, если они тоже не были ложными…

Поэтому она, не задумываясь, взяла направление на небоскреб в стиле «сталинского барокко», словно на некий маяк. Идти, все же, предстояло немало, и Марина радовалась этой возможности размять ноги.

Хотя жаль, что мотоцикл остался где-то под присмотром зануды Волкопа. Кстати, тоже любителя «байков», как оказалось…

Марина шла вдоль длинной чугунной ограды и с удивлением встречала по дороге перевернутые машины, сожженный автобус и, наконец, поставленные «колодцем» два на два, четыре троллейбуса, сущность которых с трудом различалась под толстым слоем граффити, исполненного нестерпимо яркими красками.

«Наши люди! - восхищенно подумала Марина. - Только что ж это Волкоп зевает?»

- Ай-яй-яй! - услышала она далекий голос.

К троллейбусам с неба спикировало несколько гаишников.

- Хулиганы! - укоризненно сказал один из них и сделал широкий жест волшебным жезлом.

Троллейбусы изогнулись и распрямились, словно их вдруг надули изнутри, и тяжело разлетелись в разные стороны. При этом умудрились стать под провода и запитаться от них своими «рогами».

Рой крылатых стражей дорог сделал круг над перевернутыми легковушками, и те, словно блохи, короткими прыжками перевернулись обратно на колеса. Одновременно завелись все двигатели, завыли троллейбусы, и проезжая часть очистилась.

- Гражданочка! А, гражданочка! - к Марине по-пижонски, боком подлетел усатый инспектор. - Чего это вы тут ходите одна? Видите, что они с машинами делают? А симпатичным девушкам тут вообще делать нечего!

- Кто - они? - спросила Марина, продолжая свое неспешное движение.

- Как кто? - удивился гаишник. - Разбойники, кто ж еще!

- Разбойники? - переспросила Марина. - Братки, что ли?

- Вы русский язык понимаете? - скривился гаишник. - Если бы я хотел сказать, «братки», я бы так и сказал - бандиты. А тут - разбойники. Не известно, что хуже. Тут мы ситуацию не контролируем…

- А Волкоп?

- И он тоже. Тем более, что они все на легальных основаниях тут ошиваются, блин!

- Интересно-то как! - сказала Марина и стала выискивать взглядом таинственных разбойников.

- Ну, наше дело предупредить, - гаишник, криво улыбнувшись, козырнул и запорхал к товарищам, - Ах, да…

Он сделал круг и вернулся с весьма унылым видом.

- Хотите, желание исполню…

- Забыли служебные обязанности? - улыбнулась Марина, - Ну, раз так - хочу сюда свой мотоцикл!

- Всего-то? - ободрился гаишник. - Получайте!

Он сделал отмашку жезлом, жезл исполнил какую-то мелодию из репертуара «Windows», и гаишник исчез. Зато издалека послышался звук высокооборотного двигателя, и через несколько секунд Марина любовно поглаживала по бензобаку своего старого друга.

- Вот это - совсем другое дело! - воскликнула она, надела висевший на ручке шлем и вскочила в седло. - Ну, что, Игрок номер один? Что ты сможешь пролепетать роскошной девке с такими прибамбасами? Теперь ты не уйдешь! Иех-хо!

Машина взревела, встала на дыбы и понеслась. Через минуту Маринин мотоцикл ворвался в центр большой толпы у входа в главное здание МГУ.

Она остановилась и огляделась.

Со всех сторон ее окружали молодые люди и девушки довольно оборванного вида. Все же, совсем уж на бомжей они небыли похожи - слишком уж непринужденно они держались, слишком ярко горели у них глаза и слишком жизнерадостно они хохотали.

- Привет всем! - крикнула Марина, снимая шлем - Как дела?

- Какая телка! - ухмыльнулся один из оборвышей, толстый и рыхлый лицом, - Иди-ка сюда, поздоровкаемся!

- Я хочу такие кожаные штаны! - заявила грязноватая девушка в не по размеру большом и дырявом пальто.

- А я - курточку, - осторожно пролепетала худенькая девчонка в круглых очках, кутавшаяся в полосатое одеяло.

- А мотик - мне, - визгливо закричал паренек в гномовском комбинезоне, мелкий и конопатый.

Марина не успела сказать и слова, как на нее со всех сторон набросились эти самые оборванцы. Ее стащили с мотоцикла и довольно бесцеремонно потащили прямо ко входу в университет.

На том месте, где полагалось быть вахтеру, стоял огромный корявый и сучковатый пень, почему-то в фуражке.

- Куда? Документы! - утробно прорычал пень гнилой поперечной трещиной.

- Разбойничий билет! - проорал тот, кто бежал впереди. Показывая пню какую-то корочку.

- Разбойничий!

- Разбойничий!

- Хорошо, проходите, - уже в пустоту сказал пень и шумно вздохнул. …Марину бросили перед кафедрой огромной аудитории. Мотоцикл прислонили к стене. Как его затащили сюда - было непонятно.

- Так вы и есть те самые разбойники! - сев на полу, спросила Марина.

- Те самые! - заорал один из оборванцев.

- Это мы! - заорали остальные, восторженно прыгая по аудитории.

Марина огляделась.

Да, забавно. Игра превратила студентов в разбойников и нищих, решив, видимо, поиграть с ними в Собор Парижской Богоматери. Такое перевоплощение, очевидно, школярам пришлось по душе…

Глядя на аудиторию, Марина не знала, что ей делать - трепетать от страха, смеяться или вот так же беззаботно прыгать вместе со всеми (последнего ей хотелось больше всего).

К ней рядом подсел здоровенный босой парень, голый по пояс, в экзотических татуировках и подранных штанах из мешковины. От него разило какой-то сивухой и одеколоном «Hugo Boss».

- Ну, что, подруга, повеселимся?

Чтобы сразу расставить все точки над «и», Марина спокойно нашарила в кармане кастет, всунула пальцы в отверстия, сжала кулак, и, стараясь не переусердствовать, заехала нахалу по скуле.

Парень, несмотря на все свои татуировки и благовония, вырубился моментально. Он не успел среагировать: ведь трудно предположить, что в карманах у симпатичной девушки может быть такое хамское орудие драки.

Марина похвалила себя за то, что приняла в свое время этот странный сувенир от Макса. («От Макса?! - мелькнуло в голове. - Значит…») Но к Марине уже подскакивали возмущенные разбойники. Дело могло обернуться плохо. Поэтому Марина, не дожидаясь вопросов, сама принялась раздавать удары направо и налево, пока ее не огрели сзади чем-то тяжелым по голове.

- Эй, коза, ты что - шуток не понимаешь? - обиженно простонал кто-то.

- Дура какая-то!

- Да оставьте ее в покое, может она бешеная!

- О! У меня ж фингал теперь будет! …Марина сидела на столе рядом с кафедрой, а какая-то бледная барышня в завядшем венке и в чем-то, напоминающем ночную рубашку, прикладывала ей к макушке мокрые тряпки. По аудитории разносился многоголосый стон. -…И байк мне мой верните! С-с… - говорила Марина, морщась от боли. Шишка наросла изрядная.

- Да забирай, кому он нужен! - примирительно заявили с галерки. - Мы ведь просто познакомиться хотели! Не насиловать же тебя сразу!

- А мне показалось обратное! - заявила Марина.

- Извини… Просто у нас так принято, - сказал очкарик в длинных грязных дредах и ватнике. - Не знаем, что на всех нашло, но по другому никак не можем. Раз по Игре нам всем раздали личины разбойников…

- Это я поняла, - ответила Марина. - И куда преподаватели только смотрят?

Разбойники дружно заржали.

- А спроси у профессора, - предложил парень с дредами. - Вон он - за кафедрой. До сих пор лекцию по философии читает.

Марина посмотрела налево и отпрянула: за кафедрой, уперев ветки в пожелтевшую стопку машинописных листов, стояла здоровенная коряга. Только теперь Марина заметила, что коряга тихо шевелится и невнятно бормочет ртом - трещиной.

- Простите, - с трудом произнесла Марина и слегка отстранилась.

- Внимание аудитории! - тихо прошамкала коряга. - Вернемся к понятию категорического императива Канта…

- Эй, мадмуазель, не бойтесь! - весело крикнули с галерки. - Он нам не мешает. Главное, чтобы декан не зашел…

Раздался треск и грохот. Дверь слетела с петель и рухнула на пол аудитории.

- Ну просили же - не поминать его в суе! - крикнул кто-то.

В аудиторию просунулась здоровенная колода.

- Что за шум в аудитории, - прорычала она. - Всех! Всех отчислю!

Марину поразила не столько мощь и разговорчивость колоды, сколько торчащий из кольчатого спила на макушке топор.

Впрочем, на этом речь колоды закончилась. Она медленно развернулась, показав еще один топор с тыльной части, и, гулко топая и скрипя, удалилась.

- Слава богу, не стал канитель на полчаса разводить, как обычно, - сказал очкарик.

- Лучше скажи, что тебя к нам занесло? - поинтересовалась девушка, что «работала» с Марининой шишкой.

- Видишь ли… Меня сюда послали. Я Игрок…

Девчонка бросила тряпку и заголосила, указывая на Марину:

- Братья разбойнички! Она - Игрок!

Разбойники перестали дурачиться и бросились к рядам, что были поближе к кафедре. Коряга за кафедрой оживилась, решив, видимо что интерес проявлен к ее лекции, и завыла:

- Так вот, это были великие слова! И их стоит записать! Повторяю - записать, проверю! Итак, Кант считал, что эта самая максимума…

Кто-то из разбойников подскочил к коряге сзади и надел ей на то, что заменяло голову полиэтиленовый пакет. Коряга недоуменно замолчала и продолжила свои бормотания, но уже гораздо тише.

- Так ты Игрок, - приободрившись, протянул татуированный парень. - А я думал - плохо мое дело: девчонки меня одной левой укладывают… А раз Игрок - тогда понятно…

- Что тебе понятно, Крюгер? - усмехнулся рыхлый лицом парень, тот который хотел первым «поздоровкаться» с Мариной. - Вопрос в другом - что Игроку понадобилось в нашем логове?

- Что ты хамишь, Большая Мама? - сказал очкарик с дредами.

- Веник, достал! Я же просил не назвать меня так, - обиделся толстяк.

- Погодите, - сказал Веник. Он, действительно, здорово подходил под собственное прозвище, своим длинным худым телом и прической напоминая щетку для мытья полов. - Как тебя зовут? Ты и вправду Игрок?

Марина кивнула:

- Да, я Игрок. И меня послали в ваш район. Но я не знаю - зачем. Правил Игры ведь так до сих пор и нет. Не знаю, как другие игроки, но я понтятия не имею, что мне делать дальше. Вот если бы кто-нибудь помог найти мне Магистра правил или Игрока номер один…

- Так вы пришли туда, куда нужно, леди, - сказал растатуированный Крюгер, у которого утонченная вежливость гармонично сменила первоначальное хамство. - Нас, разбойников, много. Может, кто чего и знает…

- Э, Крюгер, о чем ты? - возразил Большая Мама. - Между факультетами война. Как мы что будем узнавать?

- А вот об этом я и хотел поговорить с госпожой Игроком, - закатывая глаза и целуя Марине руку, сказал Крюгер. - Но - как вас зовут, о прекрасная?..

- Хватит ломаться. Марина меня зовут, - отдергивая руку, сказала Марина.

- У меня великолепная идея! - заявил Крюгер. - Мы ведь давно хотели объединить наши шайки в одну глобальную банду, верно?

- Так все этого хотят, но кто согласится ходить под другим факультетом, то бишь, шайкой? - возразил Веник.

- Не, я под географами ходить не буду! И под математиками тоже! - заявил Большая Мама. - Кто знает - чего от них ждать?

- Так и я о том! - воскликнул Крюгер и вскочил на стол. - Братцы разбойнички! А пусть нашей атаманшей будет Марина! Она барышня с характером - это я могу подтвердить! - он указал на отекшую синюю скулу. Все заржали. - Но кто откажется иметь атаманом - Игрока!

- Никто! Это круто!

- Почему - круто? - не поняла Марина. И сама себе ответила: «Потому, что это - Игра»

А что? Одно дело - она одна будет скитаться по Волшебной Москве в поисках человека - Игрока, которого никогда не видела. Не говоря уж про Магистра правил. И совсем другое - если этим займутся тысячи энергичных разбойников.

И еще… Быть атаманшей разбойников… Боже, как заманчиво! Это… Это так… Сексуально, что ли?…

- Так ты согласна? - склонившись, со стола спросил Крюгер.

Марина вскочила на стол, небрежно столкнула завопившего Крюгера в толпу и громко заявила:

- Я согласна! -9 Он долго не мог уснуть. Ворочался и накрывался с головой одеялом. Он бился лицом в подушку, выходил курить и даже пытался читать какую-то книгу. Но все было напрасно. Наконец, он решил прекратить бесполезные попытки забыться сном. И - будто его организм того и ждал - сон, как рукой, сняло.

Какие-то внутренние невнятные ощущения заставили его одеться и выйти на улицу. «Подышать свежим воздухом на ночь», - сказал он себе. Надел «шлепки», спустился по лестнице и вышел во двор.

Он врал самому себе. Потому, что хотел не просто размеренно вышагивать возле дома, борясь с проклятой бессонницей.

Он посмотрел туда, где выстроились вереницей пыльные запыленные танки и крытые брезентом грузовики: неподалеку проходила Полоса отчуждения. Отчуждения чего и от чего - он не знал, никто не говорил об этом ничего определенного. Объявили, что проводятся антитеррористические учения.

Он потряс головой, пытаясь разобраться в собственных ощущениях и не смог. Надо было идти.

- Стой, кто идет? - раздался строгий голос, и из темноты показался патруль - офицер с красной повязкой на рукаве и два солдата с автоматами наперевес.

Он не знал что ответить. И за него ответила другая часть его «Я».

- Ну, и что вы здесь ходите? Ночь на дворе. Спать давно пора. Вот и спите себе.

Когда он отошел на несколько шагов, сзади раздались звуки падающих тел. Он секунду постоял на месте и, вернувшись, склонился над ними…

Крепкие ребята. А вот его даже в армию не взяли. Он так и не понял, что в этом сыграло большую роль: слабое здоровье или странные свойства его психики. Да, он тогда очень переживал. Может, армия придала бы его жизни хоть какой-то смысл. Командование, подчинение. Подчинение, командование. Стрелять в человека. В этом есть смысл…

Он потянулся и размял шею. В слабом и некрасивом теле ему было не очень удобно. Но не он сделал этот выбор. Иногда выбор за нас делают другие.

Он прошел мимо рядов военной техники и, не спеша, направился в сторону далеких огней мегаполиса.

- Он идет! Он приближается, о Доминатор!

- Да, я чувствую его… Он уже входит в город.

- Четвертый… Но действительно ли такой сильный?

- Да. Он силен и страшен. Он тот, кто нам нужен. И я надеюсь, он станет нашим главным козырем… Организуйте мне встречу с ним.

- Будет исполнено, о Доминатор…

В сквере почти не было народа. Играла тихая музыка, щебетали птицы. Самые обыкновенные, будто магия, пронизавшая город, и вовсе их не коснулась.

На скамейке напротив небольшого памятника какому-то не слишком известному деятелю сидели двое. Обыкновенный худощавый парень почему-то в стоптанных «шлепанцах» на босу ногу и высокий сутулый человек в черной робе, увенчанной низко опущенным складчатым капюшоном.

Молодой человек с удивлением озирался по сторонам. Он и без того не часто бывал в столице, а теперь, когда Москва стала совсем иным городом… Да и собеседник его тоже не мог не вызывать удивления и трепета. …- Вот так и обстоят дела, Игрок номер четыре, - подытожил Доминатор, - Нет правил - нет особых ограничений. А потому у тебя высокие шансы стать победителем.

- Но зачем это мне? - пожал плечами Игрок. - Я не вижу особого смысла в этой Игре.

- А тебе не надо видеть в ней никакого смысла. Это игра для тех, то ее устроил. Вы, Игроки, - всего лишь лошадки, на которых делают ставки. Так что, никого не интересует - видишь ли ты в ней какой-либо смыл. Тебе придется участвовать во всех событиях, происходящих здесь. И только от тебя зависит - получишь ли ты от Игры какие-то дивиденды. Или попросту сгинешь, как отработанный материал. Ты знаешь, магам вообще плевать на судьбу человеческого материала… Ты меня слушаешь?

Игрок номер четыре с интересом смотрел на пролетающего мимо, на высоте метров двух, гаишника. Гаишник, видимо, был слегка навеселе: что-то тихонько напевал себе под нос, а от его жезла сыпались на землю разноцветные искры, что с шипением прыгали по газону и гасли.

- Вот видишь, что они делают с людьми? И от тебя будет зависеть, получат ли люди полагающееся им по праву, или они по-прежнему останутся рабочим скотом более сильных. Ты меня понимаешь?

- Понимаю, - бесцветно ответил Игрок номер четыре.

- Странный ты, Игрок, - недовольно сказал Доминатор. - Я ведь чувствую в тебе силу. А ты строишь из себя какого-то аутиста…

Игрок сделал над собой видимое усилие и повернулся к собеседнику.

- И что же от меня требуется? - спросил он.

- Совсем другой разговор, - одобрительно кивнул Доминатор. - Мы будем помогать тебе.. Ты поможешь нам найти Магистра правил, а заодно - победишь в Игре. Твои шансы при нашем участии значительно возрастут. И, поверь, ты не будешь в обиде…

Игрок, казалось, не слушая, смотрел в черный провал Капюшона Доминатора. В это время вторая часть его «Я» постучала, требуя своей очереди в управлении телом.

- Не буду в обиде, - новым тоном, немного иронично произнес Игрок номер четыре. - Звучит как-то неубедительно…

- У тебя есть конкретные идеи? - оживился Доминатор. О, он, видимо, не ошибся в этом пареньке! Он чувствовал все нарастающую в нем силу. Которую следует направить в нужную сторону.

- Пожалуй, есть, - задумчиво ответил Игрок. - Вы - Доминатор Княжества Госбезопасность…

- Да, - кивнул тот - Это наиболее мощная структура в Волшебной Москве, я правильно понимаю?

- Да, совершенно верно.

- Эта структура свободно пользуется черной магией?

- Мы пользуемся тем, что называют черной магией, а точнее - некоторыми ее приемами - уже несколько десятилетий. Но только сейчас открыто. Так какое предложение ты хотел сделать нам, Игрок?

Игрок номер четыре проигнорировал слова Доминатора и продолжил:

- И вы, Доминатор, являетесь посредником между мной и этой темной силой, которую величают Госбезопасностью?

- Ну, в некотором роде - да, - недовольно ответит Доминатор. Этот Игрок начинал его злить.

- Так вот - мое предложение, - сказал Игрок номер четыре, - Я принимаю вашу помощь. Только, пожалуй, обойдусь без посредников…

Доминатор не успел возмущенно ответить. И не успел воспользоваться своими познаниями в магии.

Потому что магия иногда бессильна против обыкновенной пули, выпущенной в упор из пистолета Макарова.

Звук выстрела потонул в непрерывном фоне городского шума.

Доминатор медленно повалился на бок, но Игрок номер четыре схватил его за рукав и снова посадил на скамейку.

- Это ты хорошо придумал - пусть вся Госбезопасность работает на одного Игрока! Но как будет весело, если сама Госбезопасность станет Игроком?

В воздухе что-то произошло, скамейка спряталась за туманным маревом, а когда показалась вновь, Доминатор с интересом рассматривал свои руки, висящий на груди медальон с номером «1» и ощупывал свое тело.

- Это гораздо лучше, - сказал Доминатор и тихо рассмеялся.

- Осталось только разобраться в вашей структуре, - прошептал он, глядя как между его пальцами сверкают искры. - Власть и подчинение. Командование и исполнение…

Новый Доминатор медленно поднял над головой руки, сжал в кулаки и исчез.

… - Тело лежит на скамейке, голова запрокинута на спинку. Прямо под правой рукой на асфальте лежит пистолет Макарова, в стороне от него - стреляная гильза. При этом признаков насильственной смерти, а также самоубийства, не обнаружено. Следов крови также невооруженным взглядом не видно… По предварительным данным тело принадлежит Игроку номер четыре…

Волкоп монотонно диктовал текст протоколу, который, повиснув в воздухе заполнялся под диктовку Волкопа, словно текст на экране караоке.

- А что скажите вы, Доктор? - поинтересовался Волкоп.

- Полностью с вами согласен, - задумчиво ответил Доктор, - Это не самоубийство. Но на первый взгляд, как волшебный, сами понимаете, врач, скажу: пациент умер в результате того, что душа покинула его тело.

- Позвольте, доктор, - остановил его Волкоп. - Поаккуратнее с формулировочками, - насколько мне известно, душа покидает тело в результате смерти, а никак не наоборот. Вы не ошиблись?

- Я не специалист по душам, - ответил Доктор. - Это маги знают. У них спросите…

- Их же никто не видел, - сказала Медсестра, боязливо косясь на тело.

- Вот именно, - сказал Доктор. - А поскольку я занимаюсь по большей части телами, то и делаю именно такое заключение. Из тела ушла душа, вот тело и умерло. Таким вот образом.

- Значит, факта преступления не было? Так, получается? - нахмурился Волкоп, - Душа, говорите, ушла? А куда, позвольте полюбопытствовать?

- Вот чего не знаю, того не знаю, - развел руками доктор. - Выходит, мы остались без Игрока номер четыре…

- Погодите, - сказал Волкоп. - Я должен знать, куда делась душа Игрока номер четыре. Куда она уходит в подобных случаях?

- Я предполагаю, что не на небеса, - ответил Доктор. - Добровольно душа может отправиться и в более интересные места. Например - в более интересное тело.

- Это я и хотел от вас услышать, доктор, - торжественно сказал Волкоп и произнес в рацию:

- Внимание! Всем постам! Объявляется в розыск душа Игрока номер четыре…

В огромном полутемном зале, за длинным столом сидели люди в черных одеяниях. Они внимали речи того, кто был когда-то для них олицетворением системы, а теперь стал символом власти и могущества Княжества. Каждый из них мечтал когда-нибудь занять его место. Потому, что это место сулило приобщение к величайшим из наслаждений - Власти и Безнаказанности.

Раньше это место представляло собой унылый кабинет со множеством телефонов - спецсвязи, прямых к самым-самым в этом государстве. Теперь надобность в таких телефонах отпала, как отпала необходимость ютиться в тесных кабинетах и притворяться обыкновенными людьми.

Теперь, когда они стали собою, такими, какими они есть, когда их организация стала тем, чем и была на самом деле - черным Княжеством Госбезопасности, а их шеф превратился в Доминатора, это место тоже стало выглядеть иначе.

Оно преобразилось в огромный черный трон во главе длинного железного стола. И теперь с этого трона Доминатор произносил свою речь.

- Господа Советники, сегодня меня посетила счастливая мысль. Почему бы нам не принять более активное участие в Игре? Зачем нам довольствоваться ролью стороннего наблюдателя, который с нетерпеньем ждет - кто же из Игроков придет к финишу первым, с тем, чтобы успеть найти этого неуловимого Магистра правил? Есть более надежный путь пресечь возможность того, что Магистр пройдет мимо нас…

В зале зашумели, перешептываясь, но быстро притихли и обратили взоры к главе этого собрания - в ожидании того, что тот скажет.

- Я решил сделать, наконец то, что в душе желает каждый их нас. Уничтожить Игроков, - произнес Доминатор и замолчал.

Наступила тишина.

- Но… Кто тогда найдет Магистра? - спросил один из Советников.

- Мы. Точнее - я.

- Но ведь только Игроки…

- Верно, - тихо рассмеялся Доминатор. - Именно. Мы уничтожим всех Игроков. И останется только один. Я.

- Да, - сдавленно произнес кто-то в зале. - Взгляните! У Доминатора аура Игрока…

- Это невозможно…

- Как, как вам удалось?!

- Непостижимо!

- Такого еще никогда не было!

Доминатор поднял руку. Шум прекратился.

- Пусть это останется моей маленькой тайной. И свидетельством того, что я не зря занимаю свой пост…

Присутствующие усиленно закивали. Раздались восхищенные и хвалебные возгласы.

- Благодарю вас, - снова поднял руку Доминатор. - Я так понимаю, что вы поддерживаете меня в моих начинаниях?

- Но, как отнесется к этому Арбитр? Что скажут маги? - воскликнул один из советников. Доминатор наградил его таким тяжелым взглядом, что тот, казалось, стал виден из-под мертвенной черноты капюшона. Советник, замолкнув быстро сел на свое место и испуганно вжался в кресло.

- Я полагаю, - произнес Доминатор, - что нам пора прекратить оглядываться на Арбитра. И кто вообще видел этих магов? Думаю, мы найдем, что ответить на возможные претензии.

И еще… Давайте избавимся от лицемерного имени нашего Княжества… Какая там «Госбезопасность»? Вполне можно оставить только вторую часть - «Опасность». Но поскольку это не звучит - пусть будет просто Княжество. Которое, надеюсь, со временем возьмет себе статус… Империи!

Советники на мгновение замерли, и в воздухе повисла пронзительная тишина, нарушаемая только звуками капающей где-то воды.

А затем зал взорвался овациями.

Доминатор продолжал сидеть неподвижно. Он наслаждался эффектом. Когда овации смолкли сами собой, он слегка склонил на бок голову и медленно произнес:

- А теперь, наконец, займемся настоящим делом… -10 Если с началом Локализации генералу казалось, что он руководит осадой столицы собственного государства, то теперь он сам ощущал себя в положении осажденного.

Невероятное давление со стороны военных и дипломатических миссий всех государств, губернаторов и президентов собственных регионов грозило обернуться бедой. Он ощущал неминуемое приближение развязки, когда информация, уже сейчас утекающая через какие-то щели тонкой струйкой, вырвется наружу, словно пар из взорвавшейся скороварки. Какие последствия это вызовет, можно было лишь гадать, но последствия эти неминуемо должны были оказаться страшными.

На недалеком горизонте уже маячило два варианта войны: гражданской и внешней. Многочисленные намеки на необходимость военной помощи со стороны Европы и Америки постепенно перерастали в угрозы. А когда пропал американский разведывательный корпус, опасность реального конфликта обрела плоть и кровь.

Армейское руководство - та его часть, что не сгинула в «локализованной» Москве, оказалось подвержено опасному брожению. Еще бы - среди них не было безусловного лидера. Генерал пока уповал на то, что первым встал на страже пораженной неизвестным недугом столицы.

Но и в штабе все сильнее нарастали внутренние противоречия. У генерала были небезосновательные подозрения, что кое-кто из коллег сильно поглядывает на Запад. В ситуации возможного социального взрыва это было вполне объяснимо. …Сейчас он сидел один в штабном вездеходе и пил коньяк. Других способов снять стресс он не признавал. В углу, за условной перегородкой работал связист. На предложение составить компанию генералу он вежливо отказался.

«Ну и черт с тобой», - пробормотал генерал, наливая «Хенеси» в граненый стакан, откуда только что выплеснул остатки чая. Выпил. Безо всякой закуски. Закрыл глаза.

На помощь могло прийти только чудо. Чудо…

- Товарищ генерал! - раздался голос связиста. - Товарищ генерал, Шифровка вам.

- Откуда? - вяло поинтересовался генерал.

- Группа «Юг». Передают, что задержали каких-то ненормальных на лошадях, и у одного их них была записка для вас. Шифром. Я уже раскодировал…

- Да? - оживился генерал. - От кого?

Связист молча передал распечатку генералу.

«Ветру от Циклона - прочитал генерал. - Нахожусь внутри зоны Локализации. Власть парализована. Нельзя применять армию - бесполезно. Пришлите магов (!!!). Я буду находиться в Орде. Продолжаю разведку. Жду помощи. Циклон»

- Не понял, - пробормотал генерал. - Вы там правильно все расшифровали? «Пришлите» - кого?

- Магов. Там так написано, - развел руками связист.

Генерал налил себе еще коньяка и выпил.

Циклон ни единого слова зря не скажет. Половина его подразделения и два научника после Локализации - в психушке под наблюдением. Очень может быть… Очень может быть…

Но где взять этих чертовых магов?

- Связист, где взять магов? - вздохнув, спросил генерал, с отвращением глядя в стакан.

- А что, уже пора? - поинтересовался связист.

- Что пора? - не понял генерал.

- Призывать на помощь магию, - спокойно ответил связист.

- Ты что, шутки шутить вздумал? - беззлобно поинтересовался генерал - Да уж, какие шутки. Вызываем?

Генерал замер, разглядывая своего связиста, будто видел в первый раз.

- Ты кто такой? - уже не очень трезвым голосом поинтересовался он.

- Правильно ставите вопрос, - кивнул тот. - Я не просто рядовой военнослужащий. В такой ситуации возле вас должен находиться кто-то, кто владеет более менее четкой информацией…

- Ты - маг? - спросил генерал.

Значит, те пьяные разговорчики с особистами на даче у «шишки» из ФСБ не просто пустой треп… Что же происходит, елки зеленые…

- Почти, - ответил связист. - Чтобы быть настоящим магом, нельзя оставаться человеком. Пожалуйста, выслушайте меня… Люди - не единственные хозяева планеты… …Генерал не был излишне доверчивым человеком. Но сейчас он поверил во все. Потому, что рассказчик умел говорить. И убеждать.

Конечно, рожденный человеком, он не был настоящим магом…

- Мы называем себя магами-любителями. Или просто - любителями. Потому, что учились тому, с чем настоящие маги рождаются. Нам никогда с ними не сравниться. Но мы готовы помочь.

- Сколько вас? - спросил генерал.

- Трое, - ответил связист.

- Что-то маловато…

- Трое, за кого я могу поручиться.

Генерал встал и, заложив руки за спину, походил по комнате.

- Э… Как тебя зовут-то? - спросил генерал.

- Имя мага куда интереснее имени подчиненного, - улыбнулся связист. - Богдан я.

- Вот что… Богдан. Вызывай своих. Дать тебе сотовый?

- Да зачем? Я по спецсвязи. По нашей, собственной… Все. Через пятнадцать минут будут.

- А где они? - удивился генерал. - Они что… Это… Телепортируются?

- Что вы, товарищ генерал! В нашей реальности это почти невозможно. Они тут, рядом. Танк закроют и придут.

- Они танкисты?! - удивился генерал.

- Ну, раз я связист… Просто, как Локализация началась, мы поняли - надо быть к вам поближе. И не зря. Понадобились. Да и нам для практики сходить туда пригодится…

Генерал верил каждому слову этого Богдана, что само по себе его удивляло больше, чем Локализация и наличие магов в танковых войсках.

«Может, это коньяк так действует? - подумалось ему. - Нет, правду ведь говорит, шельмец. Вот чувствую, что правду».

Постучали.

Богдан открыл бронированную дверь, и вовнутрь генеральской машины влезли двое в танкистской форме с лейтенантскими погонами. Длинноволосый парень с бородкой-эспаньолкой и…

Девушка. Коротко стриженая брюнетка. С невероятно длинными и разрисованными ногтями.

- Однако… - только и нашелся, что сказать генерал.

Теперь он полностью уверовал в силу магии. Ибо таких танкистов российская армия пока не видывала.

Тем не менее, оба вполне сносно отдали честь.

- М-да… - проблеял генерал, вытирая рукавом проступившую на лбу испарину, и ляпнул:

- Дамы и господа - коньячку-с?

Маги-любители переглянулись.

- Нет, что вы, товарищ генерал. Мы ж на службе, вежливо сказал длинноволосый танкист.

- А я где, по-вашему, едрена-матрена?! - возмутился генерал и опрокинул в себя еще полстакана коньяку. Коньяк уже делал свое дело: генерала изрядно шатало.

- Криста, помоги товарищу полководцу, - тихо сказал длинноволосый брюнетке.

- Попробую, Эрик, - низким хрипловатым голосом ответила девушка.

Она закрыла глаза и произвела рукой какое-то короткое, быстрое движение.

Генерал икнул, выпучил глаза и, закрыв рот рукой, выскочил наружу. Судя по звукам, его рвало.

- Криста, ну что за грубая работа, - укоризненно сказал Богдан. - Ведь в прошлый раз все изящно вышло…

- В прошлый раз клиент курил всякую дрянь, а не пил, - ответила Криста. - Не знаю, надо алкашей где-то найти, потренироваться…

- Вот они тебе спасибо скажут, - усмехнулся Эрик.

- А что еще делать нам, любителям? - сказал Богдан. - Надеюсь, у нас будет хорошая практика в настоящем магическом поле…

- Может, живых магов увидим… - мечтательно сказала Криста и снова произвела руками свои пассы. За дверью раздались кашляющие звуки. - Нет, не получается…

- Де мучь ты человека! - укоризненно сказал Эрик. - О, шифровки! Богдан, дай почитать!

- Попробуй. У тебя ж Полизнанием проблема?

- Проблема, - согласился Эрик. - Не идут языки. Так я возьму себе пачечку? Вот эти - «совершенно секретно»?

- Да бери, какие проблемы. Отшибать память начальству у меня получается лучше всего…

- Бедный генерал, - задумчиво сказала Криста. - А вот и он…

Генерал был бледен, зато совершенно трезв и подтянут. Богдан украдкой показал Кристе поднятый кверху большой палец - молодец, девчонка!

- Значит так, - сказал генерал. - Я там, на воздухе, подумал и пришел к следующему решению…

Эрик тихо хмыкнул в кулак.

Генерал побарабанил пальцами по столу и сказал:

- Пойдете в город. В зону Локализации. Ничего толкового в качестве задания я вам дать не могу, вы не специалисты. Найдете Циклона. Он проводит там.. гм… разведоперацию. Так что поступайте в полное его распоряжение. Все, что вы можете сделать для Родины - это помочь ему.

Эрик открыл было рот, чтобы возразить, но Богдан сделал знак рукой: «не перечь старику!» А вслух бодро выпалил:

- Рады стараться, товарищ генерал!

- И охота есть, - добавил Эрик вспомнившейся суворовской формулой.

- Это хорошо, что рады, - с сомнением теребя подбородок, сказал генерал…

«Елки зеленые, это что же - судьба столицы, да и всех нас - в руках трех шалопаев, про которых мне толком ничего неизвестно? - думал генерал. - Что ж это я, в маразм впадаю, или в коньяк что-то подсыпали? Хотя… В конце-концов - что мы теряем? С глаз долой - из сердца вон!»

- Бойцы! - генерал заговорил бодрее. - Вот мой приказ: отправляйтесь в Москву, в Орду (не знаю что это, разберетесь на месте), найдите Циклона! Переходите в его распоряжение. Исполнять!

- Пойдемте, други! - Сказал Эрик и подтолкнул к выходу Кристу. - Приятно было познакомиться, мой генерал!

- Адьес! - помахала рукой Криста. - Не пейте больше!

- Пошли мы, - смущенно улыбнулся Богдан. - Простите моих друзей, пожалуйста! Оболтусы они. Одним словом - любители… Но мы все сделаем, не беспокойтесь. Только скажите, чтобы по нам из танков не стреляли, как там любят. Не хочется тратить на них магию.

И генерал остался в одиночестве.

Он взял бутылку с остатками коньяка, взглянул на нее и икнул. После чего опасливо поставил на место. Вместо бутылки он поднял трубку телефона.

- Седьмой? Это Ветер. Сейчас трое пройдут в зону Локализации. Пропустить не задерживая! Если снова будете играть во взятие Берлина - я из вас пленных фрицев сделаю! Поняли меня?! Полковника Степанова ко мне со всеми старшими офицерами! Я вам устрою! Я вам покажу игры в «войнушку»! Вы у меня научитесь воинской дисциплине!

…Троица любителей шла по направлению к Москве. Впереди была куча волнующих тайн и потрясающих открытий. И возможность весело и с пользой провести время.

- Эрик, как ты думаешь, зачем магам понадобилась эта Локализация? - спросил Богдан, пиная ногой мятую баку из-под «фанты».

- Ну, ты же знаешь, что говорят старые книги про Игру, - глядя на звезды, ответил Эрик.

- Я тоже думаю, что это - Игра, - сказала Криста. - Уже давно пора было ей начаться. Странно, что она ведется именно в Москве…

- Что ты, это такая удача! - воскликнул Богдан. - Наконец-то увидим настоящую магию!

- А не боишься, что нас накажут за наше любительство? Ведь людям…

- Знаем-знаем, - усмехнулась Криста и ловко выбила банку из-под занесенной для удара ноги Богдана. Нога поймала воздух, а Криста с визгом повались на Богдана.

Валясь на траве, они хохотали и в шутку били друг друга кулаками.

- Ноготь не сломай, красотка, - хмыкнув, сказал Эрик.

- Знаю, - лежа на траве и потягиваясь, повторила Криста. - Людям запрещено лезть в магию. И за любительство можно поплатиться… Но ведь именно это и интригует, а парни?

- Да уж, - сказал Богдан. - А ну, кто может зажечь Защитное кольцо?

- Ну, я пробовал, - сказал Эрик. - Сейчас… Подождите…

- Все, - констатировала Криста. - Нас уже сожрали монстры…

- Да погоди ты. - Эрик сделал рукой несколько пассов. - Упс…

- «Упс!» - самое страшное слово в ядерной физике, - констатировал Богдан. - Ну, что там?

Не успел он договорить, как за спиной у любителей раздалось утробное рычание. Они обернулись - из земли лезло нечто огромное, тускло светящееся и зловещее…

- Это не Защитное кольцо! - воскликнула Криста.

- Ты опять знаки перепутал? - пробормотал Богдан, - Что на этот раз?

- А черт его знает! Бежим! - прокричал Эрик, проносясь мимо друзей. С воплями ужаса маги-любители бежали на встречу приключениям.

- По врагам рода человеческого - огонь! - скомандовал майор с нехорошим, слегка безумным взглядом.

По правде говоря, такие взгляды появились у многих, кто служил в оцеплении. Видимо, Локализация даже издалека оказывало какое-то свое, странное воздействие на людей.

Поэтому здесь никого не удивляло, что на реактивных снарядах установки «Град», что улетали теперь в сторону цели, были начертаны некие мистические символы. Рисовал их и окроплял святой водой бывший замполит части, а ныне - войсковой священник, отец Исидор.

- Вас генерал вызывает, - сквозь ракетный рев прокричал радист.

Майор взял трубку.

- Да! Так точно, товарищ генерал! Открыли! Я отдал! Да, опять чудище! На нас перло! Из танковой пушки попасть не смогли. Решили накрыть район! Да, уничтожили, я надеюсь! Нет, не пили ничего! Аминь! То есть - так точно!

- Пойду к генералу с докладом, - поправляя фуражку, сказал майор полному капитану с заспанным лицом. - Зол старик сегодня что-то. Будто не пил с обеда… Если чудище-стращилище опять вылезет - произведите повторный залп. Или пошлите взвод с ручными огнеметами. Только сюда не допустите - эта тварь материальную часть попортит…

…А в это время со стороны Можайского шоссе в город вбегал Игрок номер пять. Он с любопытством оглядывался вокруг, принюхивался к незнакомым запахам и вилял мохнатым хвостом.

Увидев перебегающую дорогу черную кошку, Игрок залаял и с азартом бросился за ней в сторону ближайшей помойки. Впрочем, кошка не долго была предметом его интереса. Ведь у него было важное дело в этом большом городе. Какое - он не смог бы четко сформулировать.

Ведь даже очень умные собаки предпочитают молчать.



В БИБЛИОТЕКУ .....СОДЕРЖАНИЕ
<<<Назад .....Вперёд>>>