В БИБЛИОТЕКУ .....СОДЕРЖАНИЕ
<<<Назад .....Вперёд>>>

Сергей Тармашев

Ареал2 ЦЕНА АЛЧНОСТИ

7

– Пушечное мясо! – брезгливо скривился Меркулов. – Эти потери вы восполните за сутки по цене один рубль за сто человек. Я думал, вы уже забыли о них, уважаемый Фикса!

– Если кто то ещё оттуда выйдет и разбазарит, что мы братву в замесе бросили, мне будет очень не фартово! – Уголовник зло поморщился. – Нанаец давно на меня зубы точит, падла, хочет у Рашпиля в одного всем рулить!

– Так позаботьтесь о том, чтобы не вышел никто, – весело улыбнулся Меркулов. – Разве это проблема? А теперь, джентльмены, продолжим наше увлекательное путешествие! – Он развернулся к уголовникам спиной и побежал дальше.

Операция закончилась несколько иначе, чем планировалось, но это ещё ничего не значит, на ходу обдумывал план дальнейших действий Меркулов. Конечно, пришлось пойти на определённый риск, но подобное мероприятие требовало личного присутствия. Подполковник Салмацкий стал опасен, и его ликвидация была необходима, а пускать такое на самотек означало стопроцентную гарантию неудачи. У Ферзя имеется «Ариадна», и уничтожить его в условиях Жёлтой Зоны можно было, только имея в руках адекватное средство. Шпион прислушался к теплоте «Ариадны» под бинтами. Пока бандиты устраивали засаду, пришлось упасть и сделать вид, что сильно распорол ладонь. Наложить ПРАВИЛЬНУЮ повязку и поместить под неё в ладонь мет для Меркулова было элементарным делом. После этого он скромными советами направлял усилия Фиксы в нужное русло. В результате засада была подготовлена по всем правилам военного дела. Конечно, Фикса, и, возможно, его тень, этот Немой, догадывались об истинном предназначении перебинтованной руки, но это не играло никакой роли.

Именно Меркулов создал Сёму Рашпиля, организовав никому не известному уголовнику стремительный взлёт в криминальных кругах Ухты. В любом вопросе всё в конечном итоге упирается в деньги и связи. Организация, сотрудником которой являлся Меркулов, имела и то, и другое в избытке по всему миру. Грозный Сёма Рашпиль без него не продержится на плаву и двух недель, либо правоохранительные органы, либо старые воры в законе мигом сожрут оставшегося без денег и связей выскочку. Сам он в состоянии зарабатывать лишь жалкие копейки, промышляя примитивным криминалом. И эти двое, бегущие сейчас за Меркуловым, хорошо знали, кто истинный хозяин в доме. Не говоря уже о страховке, которую всегда организовывал для себя Меркулов. Есть и другие, жаждущие денег. И они сейчас внимательно смотрят на часы в ожидании того момента, когда надо будет провести небольшую серию арестов, в результате которой несколько преступников будут уничтожены при оказании вооружённого сопротивления сотрудникам правоохранительных органов или при попытке к бегству.

Так что потерять Меркулова тут никому не выгодно, и все, кто должен, об этом знают. Можно было, конечно, не лезть на эту ликвидацию лично, но рисковать «Ариадной» Меркулов не хотел. Мало ли какая мелкая сошка соблазнится таким сокровище и улизнёт куда подальше. Эх, ему бы пару хороших полевых агентов с первоклассной российской специализацией, каких готовили раньше! Но холодная война давно закончилась, и с таким персоналом дефицит. А завербованным русским он никогда не доверял. Мет, даже если б и ушёл, конечно, рано или поздно к Меркулову бы вернулся, рынок сбыта подконтролен, но зачем создавать такие трудности? Он и без того обошёлся в очень, очень большие хлопоты и немалые деньги. Не говоря уже о шумихе, вызванной самим появлением этого Безногого Сёмы Чиха. Шпион коротко усмехнулся: «Сёма Чих, Сёма Рашпиль – у них в России что, наступил дефицит воображения у родителей, придумывающих имена детям, или имя Семён имеет фатальную карму?»

Меркулов обогнул очередную Центрифугу, принял правее, чтобы идти подальше от заполненной Студнем ложбинки, и, поднырнув под Паутиной, убедился, что его попутчики безошибочно повторяют за ним все его движения. Он представил в голове карту местности и продолжил бег. Скоро они выйдут в Зелёную Зону, к тайнику с квадроциклами, загодя организованному специально на случай провала этой операции. Вообще поначалу всё шло согласно разработанному плану. Ферзь во главе своего Сиецотряда шествовал, будто на параде, и засады не ожидал. Он рассчитывал на бой у лаборатории и никак не думал, что кто то встретит его на полдороге, среди аномалий. Салмацкий привёл с собой, как обычно, двадцать восемь бойцов, и Меркулов, посадивший на засаду больше полусотни боевиков, в совокупности с элементом внезапности, не ожидал никаких проблем. Кроме, разве что, того факта, что скапливать столь крупные силы ему пришлось почти трое суток, перебрасывая людей через Пояс малыми группами в самых глухих таежных местах.

Однако всё пошло не так с самого начала. Едва его боевики открыли огонь по растянувшейся веренице Спецотряда, появилась эта чёртова собака, и все смешалось в кашу. Адская тварь рвала на куски без разбора и тех, и других, в результате чего управление оказалось потеряно в считаные секунды, а потом и вовсе настала пора позаботиться о себе. Причём сама местность не оставляла людям иного выбора, кроме как приступить к повальному отступлению в одном и том же направлении, что ещё больше перемешало Спецотряд с боевиками. В общем, столь неожиданный бунт головорезов Фиксы, не пожелавших бросить раненых подельников, оказался даже на руку. Из них получилась отличная приманка, и этой дьявольской твари будет чем заняться, пока Меркулов уходит в безопасное место.

Единственный вопрос – что стало с Салмацким. Его сбило с ног первым залпом, но это ещё ничего не гарантировало. Подполковник был одет в экспериментальную модель защитного комплекта «Мембрана М», достать образец которой Меркулову ещё не удалось. Пока не удалось. Так будет точнее. А это значит, что следовало выстраивать свои дальнейшие действия исходя из постулата, что Ферзь жив. Меркулов весело улыбнулся. Над господином Прокопенко, похоже, сгущаются тучи! А не организовать ли им встречу тет а тет, а после сделать тому, кто выпутается из этой щекотливой ситуации, выгодное предложение? Он тихо прыснул. А что, в каждой шутке, как говорят русские, есть доля истины! Надо будет взвесить варианты.

13

Тропинка прошмыгнула между Ситом и молодыми Жерновами, выходя из леса на открытую местность, и Берёзов остановился у кромки кустов. Торопиться покидать заросли не стоило, для начала необходимо осмотреть пространство, на котором собрался засветиться. Он осторожно выглянул в просвет между пупырчатыми стеблями синюшного кустарника. Обширный, поросший короткой сине жёлтой травой, пустырь имел не более десятка аномалий, и, по меркам Жёлтой Зоны, как уже успел убедиться Берёзов, его смело можно было назвать чистым. Заканчивался он холмом с Центрифугой на вершине, на одном склоне сидел мощный Соленоид, на другом вроде было что то ещё или не было, отсюда не понять, далеко. В левой части пустыря виднелись какие то развалины, за ними пустошь, на которой лежала совершенно грандиозных размеров Грава…

Что то знакомое угадывалось во всём этом. Берёзов поднял брови от удивления. Да это же то самое место, где они с Болтом ползли между двух аномалий полгода назад! Просто он вышел к нему со стороны леса. Получается, что сейчас он стоит там, где тогда были позиции Зомби. Иван невольно присел в изготовку для стрельбы с колена и тщательно всмотрелся в окружающий его лес. Ясное дело, что никаких Зомби тут давно нет, но так спокойнее. Зато теперь он точно знает, где находится и как отсюда выбираться. Кроме того, стало ясно, что стрельба, которую он слышал час назад, происходила где то на востоке, ориентировочно вон там, за дальней сопкой. Получается, что бой шёл приблизительно в том же районе, где находится тропа к шпионской лаборатории. Хотя, конечно, на таком расстоянии можно было запросто ошибиться на пару другую километров. С этим разберёмся позже, сейчас главное – Ферзь и Лемур. Иван привычным движением прихлопнул рукоятью АПС метнувшуюся к не закрытому одеждой запястью Синьку и осторожно вышел из леса.

Границы Жёлтой Зоны на месте не оказалось, и Берёзов хмыкнул, разглядывая крупное облако Жёлтого Пуха, преградившее дорогу. С тех пор прошло четыре Выброса, всё сдвинулось на пять километров, стоило бы подумать об этом заранее. Он окинул взглядом роящуюся аномалиями местность и направился в обход, стараясь не потревожить небольшую стайку уродливых птиц, сидящих на дереве неподалеку. Вступать в бой с визжащим облаком, состоящим из гибридов зазубренных клювов и крючковатых ядовитых когтей, в данной ситуации явно не стоило. Иван шёл почти час, петляя между аномалий, и с искренним облегчением вздохнул, когда на следующем шаге небо над головой вновь стало голубым, а трава под ногами – зелёной.

Количество аномалий вокруг резко уменьшилось, растительность, хоть и была кое где покрыта сине жёлтым мхом, всё же была привычной, и даже пара Дикобразов, замерших в охотничьей позе среди вполне обычных кустов, радовали глаз. Берёзов перешёл на бег. Он находится в самом начале Шага Выброса, и рисковать без всякого смысла не стоит. Для начала надо покинуть опасное пространство, а после прикинуть направление дальнейшего движения. Отсчитав для гарантии две тысячи шагов, Иван остановился, сверившись с «Ариадной», выбрал дерево потенистее и устроил привал. Самое время разработать план действий. Проще всего дойти до заброшенного железнодорожного полотна, вдоль него можно добраться до одной из старых дорог, остатки которых он видел с борта вертолета ещё в тот раз. Но над железкой часто патрулируют вертушки, и велика опасность получить пулю или просто засветиться. Не вариант.

Может, попробовать дойти до лаборатории Лаванды? Впутывать её в столь серьёзные неприятности не хочется. К тому же это слишком большой крюк, не меньше полусотни километров по Зелёной Зоне, при условии, что из оружия у него только пистолет, неизвестно как пристрелянный. Остаётся надеяться, что бандиты гвозди им не забивали. Если повезёт отыскать какую нибудь не сильно грязную тряпицу, то надо будет обязательно почистить его на всякий случай. Едем дальше. К научным лабораториям и старым строениям лучше не приближаться: первые охраняются, а вторые часто объезжают патрули. И в том и в другом случаях не избежать перестрелки и прочих неприятностей. Быть может, выйти к какому нибудь наблюдательному посту или КТП внутреннего периметра и оттуда связаться с кем нибудь из начальства? Или с Рентгеном? Тоже не вариант. Скорее всего, ему не поверят или поверят не сразу, но первым делом попытаются задержать и так далее. Ферзь с Лемуром успеют куда нибудь пропасть или, чего доброго, организовать ему несчастный случай в камере. Всё это не годится, единственное, что устраивало Берёзова, – незамеченным добраться до кабинета Ферзя на базе ОСОП. Как это сделать, он разберётся на месте, а пока остается только одни вариант: идти к внутреннему периметру вдоль лесных кромок и густой растительности, чтобы в случае необходимости иметь возможность быстро укрыться от патруля, если такой появится на земле или в воздухе.

Однако на деле всё оказалось несколько сложнее, чем в теории. Едва он отошел от Шага Выброса на пару километров, в небе зачастили патрульные вертолёты. Вероятно, Выброс закончился недавно и Отдел Чрезвычайных Ситуаций производил уточнение новых карт местности. Приходилось прятаться в лесу и отсиживаться без движения до тех пор, пока вертолёты не скроются из вида. Несколько раз, спешно ища укрытие в густых зарослях, Иван сталкивался с мутировавшими животными, рискуя попасть в драку, но выбирать не приходилось: если вертолётчики используют тепловизоры, то чем больше между тобой и вертолетом будет препятствий, тем выше шанс остаться незамеченным. К счастью, встречающееся зверьё не было крупным и атаковать вооружённого человека не рисковало.

Ближе к середине Зелёной Зоны ему попалась научная экспедиция. Передвижная лаборатория на базе грузовика ЗИЛ 131 с жёстким кунгом медленно двигалась по старой заброшенной дороге под охраной БТР и десятка квадроциклов. Двумя из них, вместо пулемётов оборудованными целой паутиной антенн и анализаторов, управляли люди в полевых комбинезонах ГНИЦ. Учёные проверяли схему аномалий, последовательно исследуя сектора Зелёной Зоны, разыскивая новые опасные места и уточняя состояние старых. Берёзов вспомнил соответствующую инструкцию. Если экспедиции научного отдела работают в этом районе, то, учитывая сдвиг Зон после Выброса, учёные обработали процентов шестьдесят всей территории. А это означает, что после окончания Выброса прошло около недели. Иван хмыкнул. Пожалуй, его уже никто не ждёт. Что ж, в некотором смысле это даже на руку, тем приятнее Ферзю с Лемуром покажется сюрприз. Пока же никому на глаза попадаться не стоит. Пришлось вновь залечь и дождаться, пока экспедиция удалится.

Вторая экспедиция встретилась у железнодорожных путей. Иван вышел к самой кромке растительности, заканчивающейся метрах в двухстах от железной дороги, и затаился, разглядывая копошащихся у путей учёных. На этот раз, похоже, переждать не удастся. Грузовик лаборатория и БТР охраны стояли с заглушёнными двигателями, и охранники сидели без дела возле квадроциклов, ожидая окончания научных работ. Шестеро сотрудников Научного Отдела с какими то приборами в руках склонились над рельсами, один из них осторожно ковырял пластиковой лопаткой между шпал, видимо, брал пробу грунта. Все это явно надолго. Придётся делать солидный крюк, чтобы обойти экспедицию, местность вокруг слишком открытая.

Берёзов уже собирался отползти в глубь кустов и повернуть западнее, как вдруг неожиданная суета у железнодорожного полотна заставила его вновь приглядеться к учёным. Те бросили свои занятия и все, как один, смотрели куда то вдоль рельсов в сторону горизонта. Один из них поднёс к глазам бинокль и спустя несколько мгновений быстро обернулся к остальным и что то сказал. Учёные похватали оборудование и заторопились к квадроциклам. Тот, что с биноклем, бросил охране короткую фразу, Указывая на горизонт, и солдаты принялись заводить моторы. Через минуту экспедиция тронулась с места и быстро удалилась прочь от железной дороги, пропадая за поросшим полынью холмом.

Причина прекращения работ выяснилась спустя несколько минут: по железнодорожному полотну медленно двигался бронепоезд, отсвечивая на ярком солнце новенькой краской бронированных вагонов. Синий локомотив не издавал никаких звуков, двигатели не работали, стучащих по рельсовым стыкам колёс не было слышно, и с такого расстояния казалось, будто бронепоезд двигается совершенно бесшумно. Зажатая в кулаке «Ариадна» показывала подрагивающие синим свечением амбразуры и чёрные провалы не запертых бронезаслонками окон, определить, что происходит внутри поезда, с такого расстояния было невозможно. Бронепоезд поравнялся с Берёзовым, и внезапно одна из пулемётных башен завращалась, двигая стволом КПВТ из стороны в сторону в поисках цели. Иван плотнее вжался в землю, соображая, за чем можно укрыться от огня, но выстрелов не последовало. Ствол несколько раз описал длинную дугу и замер, не найдя достойного противника. Безмолвно плывущий по рельсам бронепоезд прошел мимо, резко контрастируя крайним прицепным вагоном, прогнившим и ободранным, с идеально чистой обшивкой бронеплит. На заднем обрезе крыши, покрытой засохшими потёками бурого цвета, сидела пара пернато чешуйчатых ворон и лениво чистила кривыми зазубренными клювами остатки перьев. Иван вспомнил рассказ Раса. Вроде эти вагоны специально цепляли к бронепоездам, чтобы использовать в качестве складов ЧС, и то, что живёт теперь внутри бронированных составов, не любило их посещать.

Распугивая затаившихся в траве мелких зверей, призрачно бесшумная бронированная махина удалилась к горизонту, и Берёзов осторожно вышел из кустов. «Ариадна» не показывала признаков опасности, и, пока никто не горит желанием приближаться к месту прохождения бронепоезда, самое время пересечь железную дорогу и уйти с открытой местности. Убедившись, что вокруг пусто, Иван перешёл на бег. Перепрыгивая через пути, он внимательно разглядывал рельсы и шпалы, пытаясь заметить следы воздействия «Ареала», но так ничего и не увидел. Обычные рельсы, железные и чёрные, как везде. И точно такие же обычные шпалы, бетонные, с мелкими трещинками и кое где крошащимися углами… На всякий случай он постарался не наступать ни на то, ни на другое, хотя, помнится, Рас говорил, что ходить по ним можно запросто.

Иван уже миновал открытое пространство, когда в небе зазвучал шум винтов приближающихся вертолётов. Пара Ми 8 шла над путями вслед за бронепоездом, судя по оранжевому цвету, один из них принадлежал Научному Отделу и вместо вооружения нес на пилонах всевозможные приборы. Берёзов зашёл поглубже в молодой ельник, выросший среди старых пней, на месте некогда вырубленных под пояс отчуждения деревьев, и ускоренным шагом двинулся дальше. Да, в Зоне сейчас многолюдно, раз люди и техника попадаются ему так часто. Надо быть осторожнее.

Ко второй железной дороге он вышел ближе к вечеру. Пересечь её удалось без осложнений, и вскоре Иван достиг остатков старого внутреннего периметра. В ямах, оставшихся от выкопанных столбов проволочного заграждения, лежал Студень, пришедшие в негодность остовы наблюдательных вышек кое где покрывала Паутина, среди полуразвалившихся остовов контрольно транспортных пунктов вибрировали энергиями аномалии, ставшие за время пути привычными глазу. Надо найти подходящее место и остаться здесь до утра. Начинает смеркаться, и продолжать движение опасно, можно нарваться на патруль. С наступлением сумерек, когда становится видна Паутина, Служба Безопасности переходит на усиленный режим охраны. То же происходит и в утренние часы. Именно в сумерки резко возрастает активность сталкеров, ведь идти через Зону, видя Паутину, намного менее опасно. Охрана знает это не хуже, и потому начинается старая игра в кошки мышки. На внутреннем периметре задействуется всё, что только можно, от тепловизоров и приборов ночного видения до датчиков сердцебиения и направленных микрофонов, на особо популярных среди сталкеров участках даже ставят под высокое напряжение проволочные заграждения. Помимо этого подвижные патрули осматривают все прилегающие с обеих сторон к периметру места, в которых мог бы укрыться сталкер, выжидающий наступления сумерек.

Осмотревшись, Иван решил расположиться в наполовину обвалившемся остове небольшого караульного помещения. Место выглядело достаточно надёжно: у входа лежала Плешь, внутри кое где имелся Студень, пару проломов в стенах затянуло Паутиной. Вряд ли кто то, находящийся в своём уме, полезет туда осматривать каждый угол. Да и нет столько времени у патрулей, им надо успеть до наступления темноты обшарить весь свой сектор, а, то не маленькое пространство. Зато с «Ариадной» в развалины войти можно, и там довольно много чистого закрытого пространства, есть где спокойно поспать, а заодно и обдумать, как завтра пересечь внутренний периметр. Если лезть через него сейчас, высок риск попасться. Даже если всё пройдет гладко, это займёт слишком много времени. К тому моменту ни Ферзя, ни Лемура на базе уже не будет. А идти за ними в Ухту нереально, внешний периметр Пояса – это не внутренний. Преодолеть его без серьёзной предварительной работы невозможно. Разумнее переночевать здесь и заявиться к Ферзю с Лемуром днем, когда они гарантированно будут на базе.

Иван осторожно обошел Плешь и пролез между рухнувшими перекрытиями, обходя залитую Студнем дыру в фундаменте. Забравшись внутрь развалившейся караулки, он протиснулся в глубь строения и неожиданно обнаружил заботливо очищенный от обломков и мусора угол, где на полу лежал кусок старого брезента, поверх которого кто то расстелил туристический полиуретановый коврик. Рядом лежал аккуратно сложенный спальный мешок. «Так так, – хмыкнул про себя Берёзов, – выходит, я не один такой умный. Что ж, по крайней мере, не придётся спать на бетонном полу, что уже очень даже неплохо». Он улёгся на коврик, решив не пользоваться спальником, чтобы в случае чего не терять мобильность, и принялся обдумывать план дальнейших действий.

Звук приближающихся моторов и шорох шагов бегущего человека он услышал практически одновременно. Иван тихо встал, аккуратно приблизился к пролому в стене и осторожно выглянул наружу. К развалинам приближался патруль, и чья то тень скользнула к караульному помещению, явно собираясь укрыться от блюстителей закона. Берёзов засунул в карман «Ариадну», приготовил пистолет и замер за обрушившейся потолочной плитой, перекрывающей вход. Спустя минуту послышался шорох, и в узкий проход пролез человек в камуфляже с УИПом на предплечье и с парой противогазов на поясе. За собой он тащил небольшой рюкзак. Протиснувшись между обломками, человек ловко бросил рюкзак на коврик и скользнул мимо Берёзова к пролому. Притаившись возле импровизированного окна, он застыл, наблюдая за приближающимся патрулем.

Пара лёгких бронемашин и десяток бойцов на квадроциклах двигались вдоль остатков периметра, осматривая развалины. У обрушившегося караульного помещения патруль остановился, и несколько человек, взяв наизготовку оружие, сверяясь с УИПами, осторожно направились к зданию. В какой то момент они, видимо, подошли слишком близко к пролому, и прячущийся быстро присел на корточки, скрываясь под отверстием. Снаружи в пролом направили переносной прожектор, и его луч упёрся в тусклое серебро Паутины. Увидев аномалию, прожектор выключили, прозвучала короткая команда, и через несколько секунд раздался шум удаляющихся машин. Прячущийся под окном человек облегчённо вздохнул, поднялся на нош и направился к коврику, на ходу отстегивая от пояса флягу.

– Не угостишь водой? – Иван щёлкнул взводимым курком. – По старой дружбе?

Человек подпрыгнул от неожиданности и резко обернулся.

– Туман?! – опешил Рас. – Вы?!

– Я, – подтвердил Берёзов, – а что, не похож?

– Похож, – неуверенно ответил парень, – только вас же аномалия сожрала! – Он бросил быстрый взгляд в сторону выхода и перевёл его на пролом в стене.

– Как видишь, подавилась и выплюнула обратно, – прищурился Иван, – бежать не советую, небезопасное это занятие. Так что насчёт воды? Дашь попить?

– А? – не сразу понял Рас. – Да, конечно! Вот, берите… – Он протянул ему флягу с таким видом, будто каждую секунду ожидал, что Берёзов бросится на него и как минимум откусит руку по локоть.

– У меня к тебе просьба. – Иван сделал шаг вперёд. – Не делай больше резких движений, хорошо? А то ещё застрелю тебя по привычке. Мне этого очень не хотелось бы.

– Хорошо, – сглотнул Рас, – мне тоже.

– Открой крышку, – попросил Иван.

Рас отвинтил крышку, и Берёзов взял у него флягу. Отшагнув назад, он сделал пару больших глотков и несколько маленьких, не сводя взгляда с молодого поисковика.

– Спасибо, – Иван протянул флягу обратно, – теперь ты меня спас. Где твоё оружие?

– Спрятал тут, недалеко, – поёжился Рас.

– Зачем? – поднял брови Иван. – Теперь в Зонах в моде пацифизм?

– У меня тут тайник, – вздохнул парень, – и ночёвка. Я всегда так делаю, чтобы патрулю или ещё кому не попасться. В автомате слишком много металла, его металлоискатель может засечь, тот, что на вертолётах стоит. И ещё приборы в передвижных научных лабах могут увидеть, не знаю, чем там учёные пользуются, но иногда сталкеры попадаются. Я в тайники стараюсь по минимуму железа таскать.

– Угу. – Берёзов поставил АПС на предохранитель и заткнул за пояс. – Рас, а зачем тебе тайник? И от патрулей прятаться? Ты же официальный сотрудник поисковой службы РАО? Или Чёрный Плащ тогда правду сказал, что ты метами на чёрном рынке приторговываешь?

– И вовсе нет, – обиделся парень, – ничего я не приторговываю. Просто все найденные меты положено сдавать! И всё самое стоящее сразу же забирают в ГНИЦ или в Москву на исследования, просить их обратно даже на время – бесполезно! А мне по Зонам как то надо ходить. А в Жёлтой это не так то просто! Нас таких, у кого есть допуск в Жёлтую, всего четыре человека на всю поисковую службу, знаете, сколько заявок присылают за неделю? Да и со сталкерами иногда полезно чем нибудь обменяться, мало ли, кому чего бывает нужно. А где все это добро хранить? Не с собой же таскать, вдруг охрана найдёт, так мигом срок пришьют, и глазом моргнуть не успеешь!

– А прятался зачем? – уточнил Иван. – Не будут же тебя обыскивать прямо в Зоне. Если, конечно, у тебя есть утверждённая заявка на выход. – Он иронично посмотрел на Раса: – Она ведь у тебя есть?

– Эм м… – парень виновато вздохнул, – не совсем… в смысле, нет у меня заявки…

– Не может быть! – округлил глаза Берёзов. – Потерял? Отобрали в подворотне злые гопники? Выменял у встречных сталкеров на коробку метов?

– Издеваетесь? – насупился Рас. – Нету у меня заявки, я сейчас нелегально в Зону пошёл, вот поэтому и нету.

– Какой ты загадочный! – усмехнулся Иван. – Вся поисковая служба только и мечтает, как бы не пойти в Зону, один только ты сюда рвёшься. Это как же так?

– По работе ходить по Зонам не интересно, – Рас пренебрежительно фыркнул. – Иди туда, потом сюда, затем обратно, да поживее! Посмотри здесь, там, сям, сними данные приборов везде и не забудь написать подробный отчёт на двести тысяч листов! И меты ищи получше, получше! Как это, они – большая редкость?! Такая большая Зона, а меты редкость? Искать лучше надо! – Он недовольно наморщил лоб. – Ясное дело, кому после всего этого захочется в Зону?

– А зачем тебе ходить сюда нелегально? – Берёзов присел на обломок стены. – С чёрным рынком дел ты не имеешь, отчёты строчить не хочешь, значит, научное оборудование с собой не берёшь. В чем смысл?

– Я хочу найти лабораторию академика Лаврентьева, – нехотя объяснил Рас. – Заявку на это никогда не подпишут, поэтому и хожу сам.

– Так она же в Красной Зоне, – удивился Иван, – разве не так?

– Так, – обречённо согласился парень.

– Не боишься попасть в ряды Тёмного Властелина, или как это у вас называется? – ехидно поинтересовался Берёзов.

– Я же не лезу в Красную! – воскликнул Рас и неожиданно жалобно заявил: – Туман, пожалуйста, не забирайте меня в Эпицентр! Отпустите меня, я больше никогда не буду в Жёлтую ходить! Если надо, могу вообще из «Ареала» уволиться, только отпустите!

– Чего? – удивился Иван. – Не забирать тебя куда?

– В Эпицентр, – обречённо выдохнул парень, – я знаю, сталкеры рассказывали. Те, кто попадает туда, могут ночью вернуться за своими друзьями или знакомыми и забрать их к Тёмному Властелину…

– А про чёрный пречёрный гроб на колёсиках тебе не рассказывали? – заржал Берёзов. – Рас, ты вообще сам понял, что сказал?! Я что, по твоему, похож на Зомби?

– Вообще то да, – судорожно сглотнул парень.

– Вот как? – опешил Иван, переставая смеяться. – И чем же?

– Вы стали выглядеть моложе, – осторожно ответил Рас, – как те, с лопатами, что из Эпицентра иногда выходят. Вы убили кого то из своих, потом вас сожрала аномалия, накрыло Выбросом, а теперь вы тут стоите совершенно здоровый и как то Плешь у входа обошли без приборов, и в Студень не вляпались, и в Паутину. А Зомби умеют аномалии чуять. И патруль вас не заметил, а у них с собой тепловизор был…

– Достаточно, – махнул рукой Берёзов, – я понял. Извини, что разочаровываю тебя, но я не Зомби и ни в Эпицентр, ни в Красную Зону к сокровищам Лаврентьева отвести тебя не могу. Наоборот, мне надо выбраться отсюда и попасть на базу Спецотряда. И, желательно, незамеченным. Не поможешь в этом, раз уж ты здесь?

– Зачем вам на базу? – спросил Рас. – Вас там наверняка арестуют. Или, как я, за Зомби примут или, как преступника, за убийство. Об этом до сих нор весь Пояс говорит.

– Тот человек был моим товарищем, – нахмурился Иван, – мы знакомы по службе очень давно. В тот день, когда он погиб, я никого не убивал! – На его лице возникла жёсткая улыбка. – И теперь хочу исправить свою оплошность. Ты сможешь провести меня через внутренний периметр? Это всё, что мне нужно, дальше я справлюсь сам.

– Смогу, – кивнул Рас, – есть способ, пока ещё надёжный. Только идти лучше завтра после утреннего патрулирования. – Он немного замялся. – Туман, если нас поймают, можно я скажу, что вы меня заставили? Ну, типа, угрожали убить, я испугался и провёл. А то не хочется попасть на ровном месте, как Болт.

– В смысле? – не понял Иван. – А что с ним?

– Сидит в комнате для прикомандированных, в блоке службы Собственной Безопасности, – поморщился Рас, – вторую педелю уже. Забрали в день начала Выброса и до сих пор не выпускают.

– Это как так? – покачал головой Берёзов. – Без предъявления обвинения? Просто держат человека взаперти?

– Ну, вроде бы он сам дал согласие, – молодой поисковик пожал плечами, – его Рентген попросил, и Болт согласился. Арестовывать его не стали, недостаточно оснований, а отпускать боятся, вдруг в Зоны уйдет, а там его и всё РАО, вместе взятое, никогда не разыщет. Вот и договорились они с Рентгеном, мол, это нечто вроде добровольного домашнего ареста. Болт сидит в помещении с телевизором, холодильником и санузлом и ждёт окончания расследования.

– Занятно, – оценил Иван, – и долго ему так ждать?

– Пока лабу шпионскую не найдут, – потёр лоб Рас, – там кого нибудь обязательно арестуют, допросят, и станет понятно, виноват Болт или нет.

– А её ещё не нашли? – насторожился Берёзов. – До сих пор?

– Сегодня утром Спецотряд ушел к месту её нахождения. – Рас вновь пожал плечами. – Говорят, что тот человек, которого вы убили, успел ножом нацарапать на земле, где именно надо её искать. Может, к ночи вернутся…

– Рас, а сколько длился Выброс? – перебил его Иван. – И когда закончился?

– Выброс шёл сто восемь часов, – удивлённо ответил Рас. – Закончился почти шесть дней назад. Разве вы не знаете?

– Я головой ударился сильно, – Берёзов иронично скривился, – не всё помню.

«Странно, – подумал он, – почему Ферзь столько времени тянул с лабораторией? Когда я лежал в Оковах, он намеревался за пару дней и лабу отыскать, и Болта подставить. Вероятно, Выброс изменил его планы. Сейчас это уже не важно. После операции всем, кроме дежурной группы, положено двое суток отгула, значит, завтра на базе будет минимум людей. Это только в плюс. Проще добраться до Ферзя, он все равно появляется в своём кабинете ежедневно».



– Не переживай, Рас, – добавил Иван, – мы сделаем даже лучше. Я тебя свяжу несильно, ты выждешь пару часов, радиоэфир послушаешь. А там тебе и самому уже станет ясно, что делать: развязаться и топать дальше либо переключить ЛАР на аварийную частоту. Тебя найдут, и ты расскажешь им страшную историю о том, как злой Туман под угрозой смерти вынудил тебя провести его через внутренний периметр, а потом связал и бросил на произвол судьбы.

– А я точно смогу развязаться? – осторожно уточнил парень, с опаской покосившись на крепкую фигуру Берёзова.

– Точно, – с улыбкой заверил его Иван, – за десять секунд справишься, я сделаю ложный узел.

– Вы собираетесь убить Ферзя, да? – Рас тут же замолчал, явно пожалев о том, что поторопился ляпнуть лишнего.

– Нет, что ты! – Глаза Берёзова вспыхнули стальным блеском, зловеще сверкнув в сумеречных развалинах. – Просто поругаю его самую малость и поставлю в угол, чтобы больше никогда не вёл себя плохо.

– Вы сейчас говорите, как Медведь! – вздохнул парень. – А Медведь любит пострелять из своего «Печенега», каждый сталкер в Ухте об этом знает.

– Медведь?! – искренне удивился Иван. – У него репутация маньяка? – Он изумлённо покачал головой. – Вот бы никогда не подумал.

– Его боятся больше, чем весь ОСОП, – хмыкнул Рас. – Как вы думаете, почему Ферзь так редко берет его в Жёлтую Зону?

– И почему же?

– Потому что группа Медведя никогда не берёт пленных! Ферзь не хочет, чтобы настолько рискованные рейды проводились впустую! – вздохнул Рас.

– Да ты что! – Берёзов сделал большие глаза. – Это кто ж тебе такое сказал?

– Ну… – озадаченно протянул Рас, глядя на Ивана как на человека, не знающего очевидных истин, – да все об этом знают. Я сам сколько раз в городе слышал от сталкеров. Говорят, что Ферзь, если выпьет, жалуется на него знакомым, мол, плохо управляемый и слишком жестокий. Меня в городе часто находят сталкеры и сами просят предупредить, если Медведь со своими в Зелёную выходить собираются.

– И как? – заинтересовался Иван. – Предупреждаешь?

– Иногда предупреждаю, – потупился парень, – когда есть возможность. Я понимаю, что сталкерство вне закона, за него положен срок и всё такое… Но не убивать же! Я в Ухте родился, почти весь город знаю, там кроме бандюков достаточно хороших людей!

– Чем дальше в лес, тем жирнее партизаны, – задумчиво изрёк Берёзов, вспоминая, как Медведь не дал ему стрелять в убегающего Анюта Хромого, как потом, когда Ферзь подстроил тому гибель после задержания, был недоволен потерей пленного, как легко здоровяк согласился не убивать Дикобраза в лаборатории Лаванды. Похоже, Салмацкий специально создал из него страшилку, на всякий случай. Наверное, пугает им своих коллег по нелегальной лаборатории или списывает на кровожадного Медведя «случайные» смерти сталкеров при задержании. Интересно, сам Медведь то в курсе своей репутации? – Я тебе так скажу, Рас: все эти слухи сильно преувеличены. Не верь.

– Сложно не верить, если об этом говорит Ферзь, – пожал плечами парень, – да и люди просто так болтать не станут!

– Ещё как станут, – пренебрежительно скривился Иван, – толпе только дай повод языками почесать! Вот Чёрный Плащ, помнится мне, говорит, что ты продаешь меты на чёрный рынок и помогаешь сталкерам проникать через периметры. А на самом деле это не так.

– Не так! – вскинулся Рас. – Я правду говорю! Он врёт!

– А зачем ему это надо? – уточнил Берёзов. – На тебя наговаривать? Вы что, давние недруги? Девчонку не поделили или ещё что?

– Ничего мы не делили! – пожал плечами парень. – Он же из Москвы, всего год как сюда приехал! Не знаю я, зачем ему это! Наверное, зачем то нужно!

– Вот и Ферзю, наверное, зачем то нужно, – Иван зло поморщился, – делать из Медведя страшилку. Кстати, Рас, а почему тебя патруль не обнаружил, если у них тепловизор был? Ты же у самого пролома прятался. Я то хоть в глубине стоял, хотя тоже странно…

– У меня «Невидимка» с собой, – парень достал из набедренного кармана небольшой мет и показал его Ивану, – а вот вас не знаю, почему не заметили. Я сам удивился. Думал, что вы Зомби.

– А разве Зомби холодные? – возразил Берёзов. – Насколько я помню, холодные только Бродяги.

– Это верно, Зомби живые, – согласился Рас, – но всё равно было страшно. Я вас даже не заметил, когда вошёл!

– Ладно, – махнул рукой Иван, – потом разберёмся, сейчас стоит выспаться. Ты не возражаешь, если я расположусь на твоем коврике? Переночуешь в спальнике.

– Конечно, – парень принялся расчехлять спальный мешок, – тут все равно холодно не бывает, не замёрзнете. Я спальник беру на всякий случай, мало ли что, вдруг Выброс застанет, так хоть не придется несколько дней в одежде спать.

– У тебя чистого платка не найдется или ветоши какой? – Иван уселся на полиуретановый коврик. – Пистолет почистить.

– Найдется, – Рас сунул руку за обломки кирпича и извлёк оттуда небольшой полиэтиленовый пакет, – вот, тут маслёнка и кусок чистой простыни. Только шомпола нет, зато есть вязальная спица, она пластмассовая, я её у бабки утащил, – он лукаво хихикнул. – Для автомата она коротка, зато для пистолета в самый раз.

– Годится, – оценил Берёзов, забирая пакет. Он разобрал АПС и принялся за чистку. – Скажи, Рас, а зачем тебе лаборатория Лаврентьева? Это же сказка. Обычная байка про очередную пещеру Али Бабы.

– Может, и сказка, – согласился парень, – а может, и нет. Вот разыщу, там и будет видно, что это. Я доподлинно знаю, что сама лаборатория существует. У меня даже ориентир есть!

– Вот как? – Иван поднял брови. – Это уже серьёзно. А ты уверен, что информация точная?

– Уверен! – твердо ответил Рас. – У меня дядя Лаврентьеву помогал, ещё в двухтысячном году! Он в той лаборатории лично был и мне потом рассказывал! Она в тайге спрятана, это правда. Только она не в сторожке, и не в избушке, как всякие сказочники болтают. Она в землянке находится, и потому мало прийти на место, надо ещё суметь её заметить! На самом деле некоторые люди в том месте бывали, когда «Ареал» был меньше, только не знали, что именно искать! Я по детству сам слышал рассказы про туалет в ракете!

– В ракете? – улыбнулся Берёзов. – Туалет? Типа «сортир», обозначенный буквами «Эм» и «Жо»? Экстренная помощь сталкерам, которых диарея застала врасплох посреди дремучей тайги?

– Вот вы смеетесь, а это и есть тот самый ориентир! – заявил Рас. – Туалет, сделанный из ракеты! Я не знаю, кто его сделал, может быть, академик Лаврентьев был очень требователен к удобствам или санитарно гигиеническим нормам, а может, ещё до него кто то постарался, но если знать, куда и сколько от этого туалета идти, то найдешь лабораторию!

– Высокое дерево на плече Подзорной Трубы, десять футов к Острову Скелета! – Иван сделал серьёзное лицо. – Затем двадцать шагов на юг от ракетного сортира! – Он поднял руку, останавливая собравшегося было возмутиться Раса. – Шучу, не обижайся. Только как ты собираешься пройти в Красную Зону? Оттуда же не возвращаются.

– Должен быть способ! – уверенно заявил Рас. – Болт же возвращается! Вот, и вы вернулись! Значит, способ есть!

– Я не помню, где был всё это время! – поморщился Иван. – Может быть, так и провалялся в Жёлтой весь Выброс.

– Нет, – парень покачал головой, – без укрытия под Выбросом не выжить. И помоложе в Жёлтой не станешь. Вы были в Красной, это точно, а то и в Эпицентре. Только не помните. Или говорите, что не помните. Болт тоже так делает – на все вопросы о Красной Зоне отвечает, что понятия не имеет, как ему это удается. Все на железяку свою ссылается, да только обычная она, ничего особенно в ней нет, её учёные раз сто проверяли, болт как болт.

– Я действительно не помню ничего, – Берёзов потер виски, – какие то смутные обрывки, словно сон снился. Что то абсолютно нереальное, какой то терем деревянный, огромная чёрная собака, солдат с ППШ в старой военной форме…

– Фронтовик?! – Рас невольно попятился. – Он с черным псом ходит! Это же самая жуткая аномалия, верная смерть! За километр людей убивает!

– Да не бойся ты так, – болезненно сощурился Иван, – говорю же, сон это был. Все в дымке белой, толком и не помню ничего. Там ещё девушка была в русском сарафане… красивая… глаза у неё такие… бездонные… она с солдатом вроде говорила о чем то… – он коротко махнул рукой, – забудь. Видимо, я сильно по голове получил, раз такое привиделось. Так что ты говорил про способ?

– Я думаю, что у Болта есть «Вездеход», – заявил Рас, – потому он и возвращается из Красной Зоны в целости и сохранности.

– Это что ещё за чудо такое? – Берёзов закончил чистить части пистолета и принялся наматывать на спицу кусок промасленной тряпки, будто на шомпол.

– Это мет, – парень улыбнулся. – Вообще то, это сталкерская байка, на самом деле его не существует. Любители посочинять всяких историй про «Ареал» его придумали. Будто, если у тебя есть «Вездеход», ты можешь спокойно ходить в любую Зону, как бы Тёмный Властелин дал тебе пропуск в свои владения.

– С личной подписью? – осведомился Иван, прочищая пистолетный ствол.

– Ага, наверное! – хохотнул Рас. – Типа «Проход разрешаю. Великий Ктулху»! Если честно, я тоже не особо в это верил. Но, если подумать, в существование «Ариадны» тоже никто не верил, считалось, что это байка о сокровищах академика Лаврентьева. А потом Болт её нашёл. Так кто сказал, что «Вездехода» не может быть в принципе? Может, Болт и его нашёл, только не стал сдавать, как ту «Ариадну». Кстати, может, и «Ариадна» у него тоже есть, мало ли что он мог в Красной Зоне насобирать, а вдруг там метов на каждом шагу полно? Кто знает? Вон, Сёма Чих просто полз по Красной и свою «Ариадну» увидел. Запросто так.

– И теперь ты ищешь «Вездеход», – догадался Иван, – чтобы забраться в Красную Зону, к этой самой туалетной ракете.

– Ну да, – подтвердил Рас, – ничего другого всё равно не остается.

– Прямо скажем, шансов у тебя не много. – Берёзов отложил импровизированный шомпол и принялся собирать АПС. – Меты ведь встречаются хаотично, без всякой системы. Тут бы любой отыскать, не то что мифический «Вездеход».

– Это верно, – вздохнул парень, – но я считаю, что система всё таки есть. Просто она сложная, и её не могут вычислить.

– Ага, – согласился Берёзов, – целый ГНИЦ не может, а ты смог. Ты её, часом, не во сне увидел? Как Менделеев свою таблицу?

– Нет, – Рас улыбнулся, – я её даже не вычислил. Но работаю над этим. А система точно есть. Я знаю несколько мест, где уже четыре пять раз находил меты. Они появляются после Выброса, это точно! Только вот не всегда, периодичность я пока понять не могу. Но если появляются, то с точностью до сантиметра, и всегда одни и те же! Например, в паре мест всегда появляется «Примус», ещё в одном – всегда «Пиявка».

– Ты учёным то об этом говорил? – Иван зарядил магазин в АПС, дослал патрон в патронник и поставил оружие на предохранитель.

– Сначала говорил, – Рас скорчил ироничную рожицу, – без толку всё это. Они пытались проверить, выждали несколько Выбросов. Как раз в те Выбросы меты почему то не появлялись, и все махнули на это дело рукой. И ещё посоветовали мне меньше фантазировать, мол, я им своими фантазиями полгода мешал работать.

– Понятно, – пожал плечами Берёзов, – бывает. «Примус» – тот, что воду кипятит, а сам холодный, так, кажется?

– Так, – кивнул Рас, – только он не холодный, он теплый, градусов сорок. Но снег под ним не тает, а вода кипит, как в обычном чайнике. Можно и суп сварить, если котелок на него поставить, только тогда лучше три «Примуса» брать – устойчивость лучше и закипает быстрее.

– Слушай, Рас, – Иван посмотрел на молодого поисковика, – и всё таки зачем тебе лаборатория Лаврентьева? Хочешь стать богатым? Только вряд ли тебе РАО много заплатит, что бы ты там ни нашёл. Ну, найдёшь ты «Вездеход», «Ариадну», а дальше что? Для чего всё это?

Парень немного потупился, помолчав несколько мгновений, после чего поднял голову и решительно заявил:

– Сказочники про сокровища академика много чего рассказывают. Одна история нереальнее другой. Вот и проверю, что правда, а что враки.

– Чего то не договариваешь, – улыбнулся Берёзов, укладываясь на коврике поудобнее. – Ты не выглядишь настолько глупым, чтобы гоняться за химерой. Не хочешь рассказать, что на самом деле рассчитываешь там найти?

– Да всякое про то говорят, – уклончиво ответил Рас, развязывая шнуровку на ботинках, – и будто там есть полная коллекция метов, включая такие, что до сих пор никто ещё не находил, вроде «Вездехода», «Перемирия» или «Неуязвимости»… И будто даже была у академика «Живая вода».

– Что то я совсем запутался в народном фольклоре. – Иван посмотрел на Раса, который, стянув с себя ботинки, забирался в спальный мешок. – Всё, что ты сейчас перечислил, это из области сказок?

– Да, это всё чистой воды сочинительство, – поморщился тот, – байки да легенды, их скупщики метов специально распространяют, чтобы молодёжь в сталкеры шла. Смертность то немаленькая. «Перемирие» – это, типа, мет, на владельца которого не нападают ни звери, ни Зомби. «Неуязвимость» – с этим, мол, можно сквозь аномалии беспрепятственно ходить, наподобие того, как с «Отмычкой» тебе Оковы не страшны, ну и так далее.

– А «Живая вода»? – напомнил Берёзов. – Это что?

– Тоже бред. – Рас попытался отвернуться лицом к куче битого щебня.

– И всё таки, – видя, что молодой поисковик пытается уйти от ответа, настаивал Иван, – расскажи, раз начал. Хоть буду знать местное народное творчество.

– Артефакт это такой, жидкий, – нехотя ответил Рас. – По легенде, если его прикрепить к Зомби, тот снова станет нормальным человеком.

– Разве бывают жидкие артефакты? – удивлённо переспросил Берёзов. – Никогда об этом не слышал!

– Бывают, – Рас тяжело вздохнул, – но если они где и есть, так это только возле водоёмов, а в «Ареале», сами знаете, если к воде подойти, назад уже не вернёшься. Зов непреодолим. Даже Болт не подходит к водоёмам. Официально известен только один водный артефакт – «Родник». Избавляет владельца от жажды, имея его, можно вообще не пить. Вроде бы ещё что то делает, точно не знаю. Он как мет, только жидкий, но форму держит и не разливается. Можно в руки взять. Если сильно сдавить, пальцы сквозь него, как сквозь воду, пройдут. Прохладный такой и никогда не нагревается, даже в сильную жару. Его где то в секретном хранилище ГНИЦ держат, в лабораторных подвалах.

– Как же его разыскали, если он у воды встречается? – нахмурился Иван. – Там же Зов! Ты же говоришь, его не преодолеть!

– Один человек преодолел, – негромко ответил Рас, – никто не знает, как это ему удалось. Но в тот день у его маленького сына был день рождения, ему исполнялось десять лет. Утром, уходя в «Ареал», отец обещал ему не опаздывать к празднику. Мальчик ждал его весь день, и к вечеру отец вернулся. Он принёс с собой «Родник» и подарил его сыну. Весь вечер они провели вместе, это был очень хороший день рождения. А под утро отец ушёл в тайгу, и больше его никто не видел. Артефакт какое то время оставался у сына, потом в их семье начались финансовые трудности, и его пришлось продать учёным за небольшие деньги. Выбирать особо не приходилось, не продали бы за копейки, всё равно рано илл и поздно приехало бы ФСБ или бандиты и отобрали бы бесплатно.

– Почему же академик Лаврентьев не воспользовался «Живой водой», если она у него была? – Берёзов отметил, что затронутая тема оказалась для Раса довольно болезненной и стоит закончить этот разговор. – Он ведь тоже бесследно пропал в «Ареале».

– Так ведь никто не знает точно, как он пропал, – хмуро ответил Рас, – может, забыл как то раз «Живую воду» с собой захватить, просто по стариковски, ну и зомбировался. Или, может, убили его. Ведь как раз тогда нашли первого «Старателя», и народ в Зоны устремился всякий, в основном недобрый. Много кто в ту пору из Зон не вернулся совсем не из за аномалий. А может, и не было вовсе у академика никакой «Живой воды», сказки все это.

– Логично, – кивнул Иван, – уточнить, как было дело, теперь не у кого. А «Старатель» – тот мет, что золото обнаруживает? – Иван вспомнил теоретический курс: – В смысле, золотой песок по берегам рек?

– Да, он, – устало согласился Рас, – показывает, где надо песок мыть. В наших краях ведь ещё и золото есть. Тут не Клондайк, конечно, но когда то, ещё до падения метеорита, золотодобывающая шахта работала в посёлке Картаёль. Был такой населённый пункт в тайге к северу от Ухты. Километров сто по прямой или что то вроде того.

– Знаю, – Иван вспомнил карту «Ареала», – сейчас это Зелёная Зона.

– Уже Жёлтая, – уточнил Рас.

– Ясно, – Берёзов положил пистолет под сложенный чехол от спального мешка, служивший ему подушкой, – спасибо за информацию. Давай спать, завтра у меня будет напряжённый день. Надо бы отдохнуть впрок, пока ещё можно.

* * *

Шум моторов удаляющегося патруля стих вдали, и Рас выглянул в пролом, осматривая местность снаружи.

– Уехали, – сообщил он.

– Идём? – Иван сделал глоток воды из фляги и передал её поисковику. Пока ждали патруль, Рас достал из своего рюкзака нехитрый сухой паёк, и они успели немного перекусить.

– Сейчас, – парень пролез в засыпанный битым кирпичом угол здания и принялся ковыряться в обломках. Минуту спустя он вернулся со старым армейским вещмешком в руках, – у меня тут припасено кое что на экстренный случай. Может пригодиться.

Рас извлёк из мешка мет неправильной каплевидной формы и протянул его Берёзову.

– Берите, – велел он, – с ней до внутреннего периметра дойти проще.

– «Невидимка»? – догадался Иван. – А как же ты?

– Это ещё одна, запасная! – хитро улыбнулся Рас. – Моя всегда со мной!

– У тебя их две? – удивился Берёзов. – Немалые деньги. Теперь точно верю, что с чёрным рынком ты не связан.

– Для меня счастье не в деньгах, – по его лицу скользнула мимолетная тень, но спустя миг он снова улыбался, – а запас всегда должен быть, я так считаю. Всякое может произойти, случаи то разные бывают. Вот, например, как сейчас. – Он покопался в вещмешке, – могу «Филина» дать, хотите?

– Мне некуда его вложить, – развел руками Иван, – он же должен иметь контакт с затылком.

– Я дам вам повязку под него, специальную, – парень вытащил из мешка кусок эластичного бинта с пришитым чехольчиком, – сталкеры придумали, ею все пользуются.

– Давай, – кивнул Иван, – не помешает.

– Ещё что нибудь нужно? – спросил Рас. – Правда, у меня не очень много всего… «Примусы» есть, «Пиявка», пара «Энерджайзеров», «Отмычка», «Светлячок»…

– «Энерджайзер», – подумав, ответил Берёзов, – он вне «Ареала» работает?

– Слабовато, – поморщился молодой поисковик, – «Адреналин» лучше, но у меня его нет.

– Тогда не надо, – Иван убрал «Невидимку» в карман и надел на голову повязку с «Филином», – этого достаточно. Теперь идём?

– Идём, – Рас спрятал вещмешок обратно.

Затем он достал гильзу и бросил её в сторону выхода. Гильза пролетела без приключений, упала на бетонный пол в целости.

– Чисто! – определил Рас и протиснулся в узкую щель между обрушившимися кусками потолочной плиты.

Он добрался до гильзы, подобрал её и швырнул дальше, целясь в дверной проём. Там так же оказалось безопасно.

– Можно выходить, – удовлетворенно заявил Рас и вышел наружу. Берёзов последовал за ним.

– Туман, – парень немного замялся, – можно, я автомат не буду брать? Мало ли что… не хотелось бы с ним попасться на глаза Службе Безопасности…

– Он у тебя нелегальный? – понял Берёзов. – Рискуешь!

– А что делать? – пожал плечами Рас. – Без официального разрешения на выход в «Ареал» мне табельный взять никто не позволит. А идти в Зоны без оружия – это совсем уж глупо.

– Не бери, – разрешил Иван, – стрелять тебе всё равно ни в кого не придется. Сколько отсюда до границы с Поясом?

– От железной дороги тысяча двести одиннадцать метров было по состоянию на вчерашний день, – ответил Рас, – стало быть, сегодня уже тысяча двести двенадцать.

– Следующий патруль через два часа, – Берёзов посмотрел в небо, – вертушки пойдут на облёт, так что нам стоит немного побегать. Много впереди открытого пространства?

– Не особо, – молодой поисковик указал рукой направление движения, – пойдем вдоль старой дороги. Там есть, где спрятаться.

– Тогда вперёд, – подытожил Иван.

До границы Зелёной Зоны дошли без осложнений. Двигались но самой кромке придорожной растительности, чтобы в любую минуту иметь возможность спрятаться, но ни на дороге, ни в воздухе никакой активности не проявилось. Поэтому через Шаг Выброса решили бежать прямо по дороге. Миновав опасное место, Рас объявил привал.

– Всё, теперь надо идти очень аккуратно, – объявил поисковик, когда они уселись на траву под защитой густых кустов, – «Невидимки» тут уже не работают, и скоро патрули из Зелёной начнут возвращаться.

– Доставай карту, – ответил Иван, – я покажу, как дойти до периметра. Графики и маршруты патрулирования составляются на месяц, так что обновления ещё не было. Куда именно мы должны выйти?

– Сюда, – Рас указал место на карте, – тут через периметр проходит небольшая речушка, скорее даже большой ручей.

– Тогда лучше всего пройти так, – Берёзов короткими штрихами набросал маршрут, – немного попетляем, конечно, но зато никому на глаза не попадёмся. Рас, – он с интересом посмотрел на поисковика, – ты, случаем, не под водой вплавь собрался через ограждения проходить?

– Ага, – улыбнулся тот, – правда, гидрокостюма у меня нет, зато есть мешок резиновый, очень хороший! Туда одежду сложим и груз, чтобы на поверхность случайно не всплыть, там мелко, всего то по пояс воды.

– Если учитывать ширину прилегающей к периметру местности, которая, согласно нашим инструкциям, должна быть полностью очищена от растительности, да ещё и в обе стороны от ограждений, и саму ширину внутреннего периметра, то тебе надо проплывать под водой метров двести, – прикинул Иван. – Ты, часом, не состоишь в какой нибудь олимпийской сборной по подводному плаванию?

– У меня маленький кислородный баллон есть, – снова заулыбался Рас, – а река там тёплая всегда из за «Ареала». Тепловизоры и другие приборы не засекают, а специальных подводных ради мутного ручья в пять шагов шириной хозяйственный отдел покупать не стал. Русло просто перегородили поперек решёткой, только я в ней дыру проделал.

– Когда же ты успел? – удивился Иван. – Новый периметр ещё и двух месяцев не простоял!

– Ну… – Рас виновато потупился, – если честно, я это место заранее присмотрел. Ещё когда периметр двигали, подыскивал, где через него будет ходить удобнее. Вот и подобрал пару удачных мест. В общем, прутья я подпилил ещё в первую неделю строительства, тогда никаких датчиков ещё не было и стройку никто не охранял, всё равно работы велись круглосуточно. Вот я и опробовал новый подводный путь, – он коротко хихикнул, – спилил прутья за две ночи и подвязал их проволокой, чтобы дыру никто не заметил случайно. Потом оставалось лишь отвязать.

– М да… – хмыкнул Берёзов, – тебе шпионом надо было стать. Такой талант пропадает впустую. Ладно, Джеймс Бонд, побежали дальше.

14

– Да, Юрий Константинович, разумеется! – Прокопенко был само участие и сострадание, – я всё понимаю! Это абсолютно секретная информация! И я даже не хочу знать никаких подробностей! Я звоню с единственной целью – уточнить, могу ли чем то помочь в сложившейся ситуации! Сами понимаете, я не стал задавать вопросов никому, чтобы лишний раз не афишировать произошедшее! И потому звоню вам лично! Мой отдел может помочь вам хоть чем то? – Он несколько секунд слушал телефонную трубку. – Да вы что, никаких благодарностей! Это же наши сотрудники, какая разница, к какому отделу они относятся! Я работаю с вашими людьми бок о бок много лет, как я могу остаться в стороне?! Да. Спасибо. Да. Обязательно. В каком объёме? Даже не задумывайтесь об этом, всё будет на базе Спецотряда через два часа! Мой помощник уже едет в Ухту, через полчаса он будет в госпитале, и я согласую с медиками все, вплоть до мелочей! Я лично займусь этим вопросом! Что? Обязательно! И это тоже, разумеется. Я отдам бухгалтерии необходимые распоряжения! Договорились. Не за что! Юрий Константинович, я же просил, никаких благодарностей! Мы делаем общее дело! Да. Да. Всего доброго! До свидания!



В БИБЛИОТЕКУ .....СОДЕРЖАНИЕ
<<<Назад .....Вперёд>>>